Михаил делал всё правильно. Устроился дневальным в медсанчасть, место, куда попасть непросто. Сидел ровно. Но система сказала нет на этапе судебного разбирательства. 20 ноября ему объявили взыскание. Человек он умный и знак понял чётко: не забыт. Не Улюкаев. Сидеть. Что дальше, предполагать сложно. Повеситься в такой колонии, тем более в бараке, очень сложно. Но можно. Полагаться на мнение близких, что не был склонен к суициду не стоит, тюрьма высасывает жизнь из человека, убитая надежда в тюрьме умирает с частью тебя. А иногда и с тобой. Алексей Федяров