"Научный централизм" в 1930-е годы: из истории рабочего диванного движения
История левого движения — это не лента новостей, а круговорот. Проблемы, с которыми Маркс вёл в Первом Интернационале борьбу — кружковщина, сектантская «чистота», недоверие к массам и «сверхпринципиальный» ультиматизм, — вновь возродились во времена большевиков в виде течений ликвидаторства, отзовизма, примиренчества и т.д. Те же препятствия стояли в XX веке и перед Троцким. И если внимательно читать его тексты 30-х, видно: основные болезни движения повторяются. Меняются вывески, но логика та же. Сталинские репрессии оборвали преемственность поколений, и поздние работы Троцкого ценны именно тем, что они заново сшивали разорванную нить опыта, показывая, где и как можно упасть и как легче после падения вставать. По сути, Троцкий был единственным опытным революционным политиком в ситуации, когда гигантские по своему историческому масштабу задачи легли на плечи молодого поколения.
Здесь и начинается разговор о современных «новых откровениях». Зачастую левым подсовывают разные нововведения и теории вроде научного централизма так, как будто это что-то свеженькое. На самом деле, как и во многих других случаях, тому, кому кажется, что он придумал нечто новое, надо хорошенько покопаться в истории рабочего движения: скорее всего, такой "велосипед" уже кто-то придумал, просто он, в отличие от критикуемого НЦшниками демцентрализма, не сработал уже тогда.
Мы уже рассказывали о большом любителе философии Джерри Хили, который построил партию-философскую секту, где гуру был только он сам, параллельно потрахивая внутри этой секты всё, что двигалось.
Научный централизм не открывает Америку; он повторяет старые вопросы, на который Ленин и Троцкий давно дали ответ.
Так вот. В Бельгии в самом начале 1930-го из левой оппозиции отделился «Кружок Маркса–Энгельса» (Cercle Marx-Engels). Они честно объявили себя «группой изучения без партийной задачи»: углублять марксизм, а агитацию и организацию — как-нибудь потом. В источниках того времени так и записано:
Они видели публичное сопоставление тезисов лучшим регулятором, чем механика коалиций. Замысел: уменьшить роль аппаратного веса, "увеличить роль доказательности". В источниках прямо сказано, что круг был «peu de membres», ядро — интеллектуалы. Вывод, который обычно шёл в комплекте: «качество прежде количества», пока идёт выработка программы. Руководил ядром Жорж Вереекен. Также туда входили Хиок и Жефа Де Мёр. Мы помним этих людей не потому, что они выработали новую теорию, а потому, что они отметились в истории рабочего движения кое-чем другим.
Основная тактика работы этого кружка — попытки навязать дискуссию всем остальным организациям для достижения "теоретического единства" и "избежания ложных единств". Ничего не напоминает? Воистину, как подметил Гегель, история повторяется дважды, только второй раз — в виде фарса.
Собственного постоянного органа у круга не прослеживается; источники описывают его как узкий кружок обсуждений, кадры из которого позже перешли в другие образования.
Так что вполне закономерно можно догадаться, что уже в первые два года ряды кружка быстро поредели: он не преобразовался в организацию действия и растворился в общем дрейфе кадров к каким-то структурам или, чаще, индивидуальной пассивизации. Их выносило центробежной силой реальной борьбы. Сегодня, в эпоху отката и реакции, питательная среда держит конструкции вроде Lenin Crew дольше, но они также не вечны. У революции хорошая санитарная память: всё, что отрывает теорию от класса, канет в лету. Вопрос лишь в том, успеют ли сектанты найти выход из самодовольства «новизны» старых ошибок и построить организацию, которая существует где-либо ещё, кроме уютного дивана.
Материалы по теме:
🔺Почему Троцкий не ушёл заниматься теорией?
🔺Не лучше ли читать книги?
🔺Подмена проблематики сталинистами
🔺 В защиту демократического централизма
☄️Милитант | Подпишись
#нц #история #сектанты #Lenin_Crew
История левого движения — это не лента новостей, а круговорот. Проблемы, с которыми Маркс вёл в Первом Интернационале борьбу — кружковщина, сектантская «чистота», недоверие к массам и «сверхпринципиальный» ультиматизм, — вновь возродились во времена большевиков в виде течений ликвидаторства, отзовизма, примиренчества и т.д. Те же препятствия стояли в XX веке и перед Троцким. И если внимательно читать его тексты 30-х, видно: основные болезни движения повторяются. Меняются вывески, но логика та же. Сталинские репрессии оборвали преемственность поколений, и поздние работы Троцкого ценны именно тем, что они заново сшивали разорванную нить опыта, показывая, где и как можно упасть и как легче после падения вставать. По сути, Троцкий был единственным опытным революционным политиком в ситуации, когда гигантские по своему историческому масштабу задачи легли на плечи молодого поколения.
Здесь и начинается разговор о современных «новых откровениях». Зачастую левым подсовывают разные нововведения и теории вроде научного централизма так, как будто это что-то свеженькое. На самом деле, как и во многих других случаях, тому, кому кажется, что он придумал нечто новое, надо хорошенько покопаться в истории рабочего движения: скорее всего, такой "велосипед" уже кто-то придумал, просто он, в отличие от критикуемого НЦшниками демцентрализма, не сработал уже тогда.
Мы уже рассказывали о большом любителе философии Джерри Хили, который построил партию-философскую секту, где гуру был только он сам, параллельно потрахивая внутри этой секты всё, что двигалось.
Научный централизм не открывает Америку; он повторяет старые вопросы, на который Ленин и Троцкий давно дали ответ.
Так вот. В Бельгии в самом начале 1930-го из левой оппозиции отделился «Кружок Маркса–Энгельса» (Cercle Marx-Engels). Они честно объявили себя «группой изучения без партийной задачи»: углублять марксизм, а агитацию и организацию — как-нибудь потом. В источниках того времени так и записано:
…необходимо учредить дискуссию для сопоставления тезисов и программ… чтобы заложить основы последующего перегруппирования.
Они видели публичное сопоставление тезисов лучшим регулятором, чем механика коалиций. Замысел: уменьшить роль аппаратного веса, "увеличить роль доказательности". В источниках прямо сказано, что круг был «peu de membres», ядро — интеллектуалы. Вывод, который обычно шёл в комплекте: «качество прежде количества», пока идёт выработка программы. Руководил ядром Жорж Вереекен. Также туда входили Хиок и Жефа Де Мёр. Мы помним этих людей не потому, что они выработали новую теорию, а потому, что они отметились в истории рабочего движения кое-чем другим.
Основная тактика работы этого кружка — попытки навязать дискуссию всем остальным организациям для достижения "теоретического единства" и "избежания ложных единств". Ничего не напоминает? Воистину, как подметил Гегель, история повторяется дважды, только второй раз — в виде фарса.
Собственного постоянного органа у круга не прослеживается; источники описывают его как узкий кружок обсуждений, кадры из которого позже перешли в другие образования.
Так что вполне закономерно можно догадаться, что уже в первые два года ряды кружка быстро поредели: он не преобразовался в организацию действия и растворился в общем дрейфе кадров к каким-то структурам или, чаще, индивидуальной пассивизации. Их выносило центробежной силой реальной борьбы. Сегодня, в эпоху отката и реакции, питательная среда держит конструкции вроде Lenin Crew дольше, но они также не вечны. У революции хорошая санитарная память: всё, что отрывает теорию от класса, канет в лету. Вопрос лишь в том, успеют ли сектанты найти выход из самодовольства «новизны» старых ошибок и построить организацию, которая существует где-либо ещё, кроме уютного дивана.
Материалы по теме:
🔺Почему Троцкий не ушёл заниматься теорией?
🔺Не лучше ли читать книги?
🔺Подмена проблематики сталинистами
🔺 В защиту демократического централизма
☄️Милитант | Подпишись
#нц #история #сектанты #Lenin_Crew