Недавно на радары вернулась Эбола и принесла с собой флешбеки давно забытой паники, но это только то, что вспомнилось. А не вспомнилось, к примеру, о том, что летом прошлого года нам грозила казахская атипичная пневмония, но уже к осени ставки повысились и планету чуть не захватили слизни-убийцы. Как звучит, м? А звучит хорошо, но оторопь уже не берет, потому что заново не всплыло где надо.

Пандемия коронавируса привела чувствительность потенциально болящих сапиенсов в состояние постоянной готовности. Человечество стало слишком алертно и чувствительно к тому, что теперь любая медиа-вспышка заболевания, обнаружение известного патогена там, где его быть не должно, или открытие неизвестной мега-бактерии, в общем – любого мало-мальски относящегося к популяционным угрозам явления, становится паническим пузырем. Иногда пузырь лопается, как с выше обозначенными явлениями, а некоторые раздуваются общественностью до уровня пандемии медийного масштаба. А есть вариант, когда целенаправленно создается информационный вакуум, в котором никакому пузырю не образоваться, о чем мы поговорим далее.