Шапка это одно, но суть всего, как было однажды описано, в том, сможешь ли ты смотреть себе в глаза в тот самый момент, в самом конце. Жизнь понесется перед глазами, будешь перебирать все эти моменты, как роется в сумке женщина в поисках ключей от дома (которые она в спешке оставила в замке), будет кристально ясно, что больше нет никаких «а может еще успею», «еще вот это интересное» и тд всё — п*здец. Жизнь тебе еще и день даст перед смертью, когда появится ясность ума и (последние, что всю жизнь и копились) силы. Тогда, по неопытности, молодые родственники подумают, что обошлось, а опытные постараются провести этот день так, как и проводят последний день человека и с человеком.
Оно, полагаю, отсюда и проистекает. От момента «страшного суда», где судить себя будешь ты сам (у них в системе так — см. бой с минотавром, то бишь с собой). Может быть это местами страшнее, ведь там (вновь про то же) ты должен быть честен с собой, никого больше нет. И это то самое, по сути единственное, что у тебя и было, а все остальное было частями этого.
