— Аминь, — хором отозвались прихожане.
Чонгука тошнило от запаха ладана, от застывшего воска, от лицемерия отца, и от всех этих лиц. Но взгляд зацепился за знакомую фигуру, и он опустил голову, лишь бы не улыбнуться.
Свобода, как оказалось, может быть
человеком.