Репост из: Русская жизнь
Алексей Костылев и Александр Потапов - о запуске ПОСТ- и продолжениях громких историй
Начало
Нишевые истории
А. К.: Сформулирую точнее: нет ли опасения, что концепт превратится в "нишевый продукт"? Громкие истории вроде Блиновской зайдут, но что с остальными, менее известными? Простой аудитории интересны апдейты историй без узнаваемых персон, которые все забыли? Общество не помнит ничего.
А. П.: Сомнения есть, но контраргумент: смотри на поколение Альфа или Z – 18–20-летние. Они не помнят 90-е или начало 2000-х, но старые видео, тренды, герои вдруг залетают у них. Да что там 90-е. Мы смотрим громкие темы 5-7 летней давности и там столько тем которые гремели, что нам работы на годы.
Но мы не только о них: есть такие, что будут интересны даже если ты никогда о них не слышал. Вот мы опубликовали историю сестер Гапаевых – Грозный, 90-е, знаменитый снимок. Я этот снимок сестер Гапаевых не помню, и мне было интересно прочитать: кто это, как снималось, где они сейчас. Не только мне, у многих реакция: «Ни фига себе!»
Мы кидали идеи – набралось несколько сотен. Их надо систематизировать: так чтобы не скатиться в мемы, или криминал. Если делать только про трупы и трагедии, читатель скажет: «Этого в новостях достаточно». Нам нужен разноформатный жанр: красивые фото, знаменитости с «Минуты славы», расследования, которые забыли. Таких форматов – десятки.
Ставка на комьюнити: мы не всегда найдем героя, хоть и профессионалы. Тогда обращаемся к читателям: «Знаете эту историю? Расскажите». Герой может выйти сам: «Это я, давайте поговорим».
Мы хотим не просто традиционное СМИ, а медиа с активно вовлеченой аудиторией. По первым комментариям видно: «вы написали про мою тетю» или «я эту музыку помню». Людям заходит.
Но пара дней запуска – не показатель. Через месяц поговорим – будет срез, понимание. На старте думаешь, вот это должно зайти, а в реальности читают совершенно другое. Будем менять, корректировать форматы и подачу уже по ходу.
Продолжение интервью - о раздробленности медиа, сегментировании аудитории - и анонсы самых интересных историй - следуют.
Начало
Нишевые истории
А. К.: Сформулирую точнее: нет ли опасения, что концепт превратится в "нишевый продукт"? Громкие истории вроде Блиновской зайдут, но что с остальными, менее известными? Простой аудитории интересны апдейты историй без узнаваемых персон, которые все забыли? Общество не помнит ничего.
А. П.: Сомнения есть, но контраргумент: смотри на поколение Альфа или Z – 18–20-летние. Они не помнят 90-е или начало 2000-х, но старые видео, тренды, герои вдруг залетают у них. Да что там 90-е. Мы смотрим громкие темы 5-7 летней давности и там столько тем которые гремели, что нам работы на годы.
Но мы не только о них: есть такие, что будут интересны даже если ты никогда о них не слышал. Вот мы опубликовали историю сестер Гапаевых – Грозный, 90-е, знаменитый снимок. Я этот снимок сестер Гапаевых не помню, и мне было интересно прочитать: кто это, как снималось, где они сейчас. Не только мне, у многих реакция: «Ни фига себе!»
Мы кидали идеи – набралось несколько сотен. Их надо систематизировать: так чтобы не скатиться в мемы, или криминал. Если делать только про трупы и трагедии, читатель скажет: «Этого в новостях достаточно». Нам нужен разноформатный жанр: красивые фото, знаменитости с «Минуты славы», расследования, которые забыли. Таких форматов – десятки.
Ставка на комьюнити: мы не всегда найдем героя, хоть и профессионалы. Тогда обращаемся к читателям: «Знаете эту историю? Расскажите». Герой может выйти сам: «Это я, давайте поговорим».
Мы хотим не просто традиционное СМИ, а медиа с активно вовлеченой аудиторией. По первым комментариям видно: «вы написали про мою тетю» или «я эту музыку помню». Людям заходит.
Но пара дней запуска – не показатель. Через месяц поговорим – будет срез, понимание. На старте думаешь, вот это должно зайти, а в реальности читают совершенно другое. Будем менять, корректировать форматы и подачу уже по ходу.
Продолжение интервью - о раздробленности медиа, сегментировании аудитории - и анонсы самых интересных историй - следуют.