🏃♂️➡️🚔«Настроения панические»: московский полицейский рассказал об остром кадровом голоде в МВД. Его коллеги разбегаются, и в столице скоро станет некому бороться с преступностью
В МВД признались: недокомплект в отдельных подразделениях достигает 40%. «МО» поговорил с московским полицейским — о зарплатах, перегрузке, безуспешных попытках удержать людей, и о том, почему полицейские готовы работать в зоне оккупации.
📌 Некомплект — норма военных лет
Наш собеседник пришёл в полицию в 2022 году — и, по его словам, нехватка людей ощущалась уже в первый год войны. «С тех пор всё только ухудшается — каждый месяц, каждый год». В подразделениях, где по штату должно быть 20 человек, фактически работают 6–7.
Из-за нехватки людей один сотрудник закрывает несколько функций одновременно. «Один человек работает за троих или четверых. График ненормированный, выходных почти нет». Новички часто дорабатывают до конца года — чтобы получить премию и сходить в отпуск — и после этого увольняются.
📌 Что с деньгами и зарплатами
Индексации зарплат были, но, по словам полицейского, они не меняют общей картины. В Москве офицер получает около 100 тысяч рублей (ниже средней зарплаты по столице), постовой — около 70 тысяч на старте. Переработки не оплачиваются: «Если ушёл в час ночи вместо десяти — за это никто не платит». Премии существуют, но легко теряются. «Если есть повод наказать — премию просто не выплачивают».
📌 Куда уходят из полиции
«Альтернатив много: рабочее время меньше, платят больше. Кто будет жить на работе за такие деньги?» В итоге полиция всё чаще становится «работой за идею». Постовые часто переходят в Росгвардию — там меньше обязанностей и бумаг. Оперативники и следователи с опытом уходят в частный сектор. «В службы безопасности банков и компаний. Там они спокойно находят работу с нормальной зарплатой».
📌 Уволиться — тоже проблема
Формально можно, но процесс часто затягивают. «Могут “потерять” рапорт, сказать, что он неправильно заполнен, что начальник в отпуске». Иногда людей не увольняют месяцами, предлагая другие должности.
📌 СВО как способ заработать и дослужить
Командировки в приграничные регионы и в зону оккупацию внутри МВД — это обычная служба. «Никого не уговаривают, это командировки, и они могут быть куда угодно», — говорит наш собеседник. При этом многие едут туда добровольно: выплаты там выше, выслуга идёт год за полтора, появляется статус ветерана боевых действий. По его словам, для части сотрудников это способ быстрее дотянуть до пенсии или компенсировать низкую базовую зарплату.
📌 Это лишь усугубляет кадровый кризис
Однако такие командировки не закрывают некомплект, а лишь перераспределяют людей внутри системы. Если сотрудник хочет уехать, ему, как правило, не препятствуют — даже при острой нехватке кадров в Москве. «Нехватка сейчас везде», — объясняет полицейский.
📌 Настроения внутри упаднические
«Молодые работают год-два и уходят. Те, кому осталось немного до пенсии, просто терпят». Обещания о том, что «скоро станет лучше», звучат постоянно — «примерно с того момента, как я пришёл на службу».
Все подробности читайте на сайте
В МВД признались: недокомплект в отдельных подразделениях достигает 40%. «МО» поговорил с московским полицейским — о зарплатах, перегрузке, безуспешных попытках удержать людей, и о том, почему полицейские готовы работать в зоне оккупации.
📌 Некомплект — норма военных лет
Наш собеседник пришёл в полицию в 2022 году — и, по его словам, нехватка людей ощущалась уже в первый год войны. «С тех пор всё только ухудшается — каждый месяц, каждый год». В подразделениях, где по штату должно быть 20 человек, фактически работают 6–7.
Из-за нехватки людей один сотрудник закрывает несколько функций одновременно. «Один человек работает за троих или четверых. График ненормированный, выходных почти нет». Новички часто дорабатывают до конца года — чтобы получить премию и сходить в отпуск — и после этого увольняются.
📌 Что с деньгами и зарплатами
Индексации зарплат были, но, по словам полицейского, они не меняют общей картины. В Москве офицер получает около 100 тысяч рублей (ниже средней зарплаты по столице), постовой — около 70 тысяч на старте. Переработки не оплачиваются: «Если ушёл в час ночи вместо десяти — за это никто не платит». Премии существуют, но легко теряются. «Если есть повод наказать — премию просто не выплачивают».
📌 Куда уходят из полиции
«Альтернатив много: рабочее время меньше, платят больше. Кто будет жить на работе за такие деньги?» В итоге полиция всё чаще становится «работой за идею». Постовые часто переходят в Росгвардию — там меньше обязанностей и бумаг. Оперативники и следователи с опытом уходят в частный сектор. «В службы безопасности банков и компаний. Там они спокойно находят работу с нормальной зарплатой».
📌 Уволиться — тоже проблема
Формально можно, но процесс часто затягивают. «Могут “потерять” рапорт, сказать, что он неправильно заполнен, что начальник в отпуске». Иногда людей не увольняют месяцами, предлагая другие должности.
📌 СВО как способ заработать и дослужить
Командировки в приграничные регионы и в зону оккупацию внутри МВД — это обычная служба. «Никого не уговаривают, это командировки, и они могут быть куда угодно», — говорит наш собеседник. При этом многие едут туда добровольно: выплаты там выше, выслуга идёт год за полтора, появляется статус ветерана боевых действий. По его словам, для части сотрудников это способ быстрее дотянуть до пенсии или компенсировать низкую базовую зарплату.
📌 Это лишь усугубляет кадровый кризис
Однако такие командировки не закрывают некомплект, а лишь перераспределяют людей внутри системы. Если сотрудник хочет уехать, ему, как правило, не препятствуют — даже при острой нехватке кадров в Москве. «Нехватка сейчас везде», — объясняет полицейский.
📌 Настроения внутри упаднические
«Молодые работают год-два и уходят. Те, кому осталось немного до пенсии, просто терпят». Обещания о том, что «скоро станет лучше», звучат постоянно — «примерно с того момента, как я пришёл на службу».
Все подробности читайте на сайте