Сохрани мою речь навсегда.
14 января к 130-летию со дня рождения Осипа Мандельштама вышел трибьют-альбом «Сохрани мою речь навсегда». В записи альбома приняли участие Леонид Агутин, Shortparis, Алина Орлова, MGZAVREBI, Илья Лагутенко и Kudamir Katitsa, IOWA, OQJAV, Женя Мильковский, «Сансара», Noize MC, «Порнофильмы», Билли Новик & «Петербургский джазовый актив», Zoloto, Alina Pash, «Свидание», «Курара», Daniel Shake, композитор Александр Маноцков, Tequilajazzz, О!Марго и Катя Павлова. Альбом уже доступен на всех стриминговых платформах, а раз в неделю на канале Red Pepper Film будут выходить клипы на композиции альбома. Вот первый: Alina Pash — «Среди лесов, унылых и заброшенных...» (1906).
Нам кажется, в этой новости чего-то не хватает. Давайте добавим контекст.
Осип Мандельштам как минимум в начале творческого пути был акмеистом. Акмеисты вместе с другими поэтами-футуристами сносили и ломали старый, косный, одеревеневший символизм, набитый шаблонами и штампами и оторванный от реальности.
Несмотря на то, что революцию 1917 г. поэт воспринял как катастрофу, он надеялся, что мастерам тёплого слова всё же удастся гуманизировать новое государство. Первые годы после революции Мандельштам работал в Наркомпросе, но к 1923 г. его надежды на гуманизацию иссякают, и на пять лет Мандельштам перестаёт писать стихи.
К тридцатым годам Мандельштам уже вполне принимал идеалы революции, но отвергал власть, которая их фальсифицирует. Как итог такого мировоззрения — злая эпиграмма на Сталина (те самые строки «Мы живём, под собою не чуя страны»). Арест, первый лагерный срок, сравнительно мягкий (три года уральской ссылки, впоследствии заменённые на трёхлетнюю административную высылку «минус 12») благодаря личному вмешательству Сталина и заступничеству Пастернака. Полуофициальный статус «старого мастера», «мастера культуры», с одной стороны защищавший от дальнейших репрессий, а с другой — превративший поэта в «чужака в своей стране», полезного, но — чужака.
В попытках снять с себя стигму «чужака» проходят три года, но 37-й год — это совсем не начало тридцатых годов. К началу Большого террора в обществе не остается фигур, способных быть медиаторами между старой беспартийной интеллигенцией и Сталиным. И после доноса Ежову от секретаря Союза писателей СССР В. П. Ставского участь поэта была предрешена. А поездки в Москву в Союз писателей СССР (чтобы получить работу) в ходе рассмотрения дела будут квалифицированы как «антисоветская агитация».
Осип Мандельштам умер в пересыльном лагере под Владивостоком «Вторая речка» 27 декабря 1938 г. от паралича сердца.
А вот теперь вернёмся к новости. И в контексте биографии Мандельштама окажется, что трибьют «Сохрани мою речь навсегда» может быть не только данью уважения поэту, но и способом артисту публично задекларировать позицию «Я против и я буду играть свою музыку» в ситуации, когда озвучивать такую позицию чревато серьёзными неприятностями. Фигой в кармане, если хотите. Поэтому трибьют Мандельштаму несёт в том числе и политический подтекст.
14 января к 130-летию со дня рождения Осипа Мандельштама вышел трибьют-альбом «Сохрани мою речь навсегда». В записи альбома приняли участие Леонид Агутин, Shortparis, Алина Орлова, MGZAVREBI, Илья Лагутенко и Kudamir Katitsa, IOWA, OQJAV, Женя Мильковский, «Сансара», Noize MC, «Порнофильмы», Билли Новик & «Петербургский джазовый актив», Zoloto, Alina Pash, «Свидание», «Курара», Daniel Shake, композитор Александр Маноцков, Tequilajazzz, О!Марго и Катя Павлова. Альбом уже доступен на всех стриминговых платформах, а раз в неделю на канале Red Pepper Film будут выходить клипы на композиции альбома. Вот первый: Alina Pash — «Среди лесов, унылых и заброшенных...» (1906).
Нам кажется, в этой новости чего-то не хватает. Давайте добавим контекст.
Осип Мандельштам как минимум в начале творческого пути был акмеистом. Акмеисты вместе с другими поэтами-футуристами сносили и ломали старый, косный, одеревеневший символизм, набитый шаблонами и штампами и оторванный от реальности.
Несмотря на то, что революцию 1917 г. поэт воспринял как катастрофу, он надеялся, что мастерам тёплого слова всё же удастся гуманизировать новое государство. Первые годы после революции Мандельштам работал в Наркомпросе, но к 1923 г. его надежды на гуманизацию иссякают, и на пять лет Мандельштам перестаёт писать стихи.
К тридцатым годам Мандельштам уже вполне принимал идеалы революции, но отвергал власть, которая их фальсифицирует. Как итог такого мировоззрения — злая эпиграмма на Сталина (те самые строки «Мы живём, под собою не чуя страны»). Арест, первый лагерный срок, сравнительно мягкий (три года уральской ссылки, впоследствии заменённые на трёхлетнюю административную высылку «минус 12») благодаря личному вмешательству Сталина и заступничеству Пастернака. Полуофициальный статус «старого мастера», «мастера культуры», с одной стороны защищавший от дальнейших репрессий, а с другой — превративший поэта в «чужака в своей стране», полезного, но — чужака.
В попытках снять с себя стигму «чужака» проходят три года, но 37-й год — это совсем не начало тридцатых годов. К началу Большого террора в обществе не остается фигур, способных быть медиаторами между старой беспартийной интеллигенцией и Сталиным. И после доноса Ежову от секретаря Союза писателей СССР В. П. Ставского участь поэта была предрешена. А поездки в Москву в Союз писателей СССР (чтобы получить работу) в ходе рассмотрения дела будут квалифицированы как «антисоветская агитация».
Осип Мандельштам умер в пересыльном лагере под Владивостоком «Вторая речка» 27 декабря 1938 г. от паралича сердца.
А вот теперь вернёмся к новости. И в контексте биографии Мандельштама окажется, что трибьют «Сохрани мою речь навсегда» может быть не только данью уважения поэту, но и способом артисту публично задекларировать позицию «Я против и я буду играть свою музыку» в ситуации, когда озвучивать такую позицию чревато серьёзными неприятностями. Фигой в кармане, если хотите. Поэтому трибьют Мандельштаму несёт в том числе и политический подтекст.