Репост из: Надеждин@
Путь Ленина и путь Навального*
НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ НАДЕЖДИНЫМ БОРИСОМ БОРИСОВИЧЕМ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА НАДЕЖДИНА БОРИСА БОРИСОВИЧА 18+
Много вопросов, конспирологии и домыслов про обстоятельства моего отъезда из России.
Расскажу немного подробнее — почему я уехал из России, и как это стало возможным.
В пятницу 10 июля меня признали иноагентом. Я заявил, что все равно продолжу сбор подписей за выдвижение в Госдуму и агитацию за Мир и Свободу.
В понедельник 13 июля меня задержали, полиция выписала арестную статью за распространение экстремизма — хотели сразу в суд и под арест. Но в итоге суд перенесли на пятницу 17 июля — вероятно, из-за поднявшейся шумихи.
15 июля приставы закрывают мне выезд из России (запрет появился на Госуслугах в 2 часа ночи 16 июля) — явно незаконное решение, поскольку по закону приставы не могут применять такие меры к банкротам.
17 июля суд выписывает мне штраф, а не арест. И лишает права участвовать в выборах на один год. Я останавливаю сбор подписей и агитацию.
В понедельник 20 июля я обжалую постановление пристава о запрете выезда.
Днём 21 июля мне вручают повестку в Следственный комитет на 24 июля.
Вечером 21 июля запрет на выезд исчезает на Госуслугах.
22 июля мы с женой вылетаем в Астану. На границе меня останавливают пограничники (как обычно в последние годы, давно стоит "флажок"). Но через 10 минут, после консультаций с начальством, выпускают.
В Астане мы запрашиваем и в итоге получаем французские визы.
3 августа мы с женой прилетаем в Париж.
Никаких предупреждений или советов от Кремля, от силовиков или от каких-то посредников за всё это время я не получал. Общение со старыми знакомыми со Старой площади прекратилось несколько лет назад.
У меня нет понимания, почему пропал запрет на выезд.
Может, кто-то из моих старых знакомых решил — Надеждин лучше в эмиграции, чем в тюрьме.
А может, приставы прочли мою жалобу — и решили не подставляться и отменить явно незаконное решение.
Но так или иначе, выбор у меня был.
Я мог выбрать путь Навального* или Шлосберга* — остаться, и в итоге попасть за решётку.
Или выбрать путь Ленина и многих нынешних оппозиционеров — уехать из России.
Оба варианта очень тяжелы. Особенно для немолодого и не очень здорового человека.
В итоге я выбрал эмиграцию.
Лучше на чужбине на свободе, чем на Родине за решёткой.
Ленину было 37 лет, когда он уехал из России. Он вернулся через 10 лет. И не дожил до 54-х.
Сейчас люди живут дольше, а события развиваются быстрее.
Постараюсь дожить до такого времени, когда смогу вернуться на Родину.
* надеюсь, не всех признают иноагентами, террористами и экстремистами.
НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ НАДЕЖДИНЫМ БОРИСОМ БОРИСОВИЧЕМ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА НАДЕЖДИНА БОРИСА БОРИСОВИЧА 18+
Много вопросов, конспирологии и домыслов про обстоятельства моего отъезда из России.
Расскажу немного подробнее — почему я уехал из России, и как это стало возможным.
В пятницу 10 июля меня признали иноагентом. Я заявил, что все равно продолжу сбор подписей за выдвижение в Госдуму и агитацию за Мир и Свободу.
В понедельник 13 июля меня задержали, полиция выписала арестную статью за распространение экстремизма — хотели сразу в суд и под арест. Но в итоге суд перенесли на пятницу 17 июля — вероятно, из-за поднявшейся шумихи.
15 июля приставы закрывают мне выезд из России (запрет появился на Госуслугах в 2 часа ночи 16 июля) — явно незаконное решение, поскольку по закону приставы не могут применять такие меры к банкротам.
17 июля суд выписывает мне штраф, а не арест. И лишает права участвовать в выборах на один год. Я останавливаю сбор подписей и агитацию.
В понедельник 20 июля я обжалую постановление пристава о запрете выезда.
Днём 21 июля мне вручают повестку в Следственный комитет на 24 июля.
Вечером 21 июля запрет на выезд исчезает на Госуслугах.
22 июля мы с женой вылетаем в Астану. На границе меня останавливают пограничники (как обычно в последние годы, давно стоит "флажок"). Но через 10 минут, после консультаций с начальством, выпускают.
В Астане мы запрашиваем и в итоге получаем французские визы.
3 августа мы с женой прилетаем в Париж.
Никаких предупреждений или советов от Кремля, от силовиков или от каких-то посредников за всё это время я не получал. Общение со старыми знакомыми со Старой площади прекратилось несколько лет назад.
У меня нет понимания, почему пропал запрет на выезд.
Может, кто-то из моих старых знакомых решил — Надеждин лучше в эмиграции, чем в тюрьме.
А может, приставы прочли мою жалобу — и решили не подставляться и отменить явно незаконное решение.
Но так или иначе, выбор у меня был.
Я мог выбрать путь Навального* или Шлосберга* — остаться, и в итоге попасть за решётку.
Или выбрать путь Ленина и многих нынешних оппозиционеров — уехать из России.
Оба варианта очень тяжелы. Особенно для немолодого и не очень здорового человека.
В итоге я выбрал эмиграцию.
Лучше на чужбине на свободе, чем на Родине за решёткой.
Ленину было 37 лет, когда он уехал из России. Он вернулся через 10 лет. И не дожил до 54-х.
Сейчас люди живут дольше, а события развиваются быстрее.
Постараюсь дожить до такого времени, когда смогу вернуться на Родину.
* надеюсь, не всех признают иноагентами, террористами и экстремистами.