Ирония журналистской жизни. Пишешь о рынке высокой кухни и дорогих ресторанов в Петербурге и пытаешься выкроить время, чтобы съесть пельмешки.
Решаешь сделать это после очередного интервью. Договариваешься со спикером и ждешь. Однако у спикера накладка за накладкой... Что абсолютно понятно. Проходит 10 минут, проходит 20. Вероятно, интервью откладывается на неопределённое время. Что, опять же, понимаемо.
И вот, когда ты решаешь, что хватит смотреть то на телефон, то на холодильник, когда ты наконец варишь себе обед... Раздается звонок. Опять же, понимаемо — у эксперта выдалась наконец свободная минута.
Спустя 15 минут ты возвращаешься к плите, чтобы пожарить остывшие пельмени и продолжить писать про Fine dining...
Решаешь сделать это после очередного интервью. Договариваешься со спикером и ждешь. Однако у спикера накладка за накладкой... Что абсолютно понятно. Проходит 10 минут, проходит 20. Вероятно, интервью откладывается на неопределённое время. Что, опять же, понимаемо.
И вот, когда ты решаешь, что хватит смотреть то на телефон, то на холодильник, когда ты наконец варишь себе обед... Раздается звонок. Опять же, понимаемо — у эксперта выдалась наконец свободная минута.
Спустя 15 минут ты возвращаешься к плите, чтобы пожарить остывшие пельмени и продолжить писать про Fine dining...