Про возникновение инокультурных анклавов (наподобие Котельников):
1. Сто лет назад в умах государственных экспериментаторов главенствовала идея «Россия — вязанка хвороста в огне мировой революции», сейчас же, если судить по результатам, главенствует идея «Россия — вязанка хвороста в огне мировой глобализации».
Вероятно, это до сих пор не преодолённое наследие эпохи Ельцина-Горбачёва, выражающееся в стремлении растворить русскую цивилизацию в глобальном обезличенном мире.
2. Результат всегда зависит от целеполагания. Раз у нас уже сложилась такая ситуация, очевидно, что в стратегических целях отсутствовала (и, вероятно, продолжает отсутствовать) цель сохранения цивилизационной и национально-культурной идентичности городов России. Это парадокс: огромные средства вкладываются в культурную сферу. Любят говорить о сохранении архитектурного облика городов. А о самом важном, о том, что в первую очередь нужно защищать и сохранять культурную идентичности городов России — почему-то не думают.
3. Если экономика, основанная на завозе миллионов инокультурных людей и на формировании социально-культурных дисбалансов, в среднесрочной перспективе приведёт к утрате нашей цивилизационной идентичности, то такую экономическую модель нужно менять. Экономика — она вообще для кого? Будущее чьей цивилизации она обеспечивает? Может, для развития нашей (а не чужой) цивилизации нам нужна другая структура экономики, пускай без сверхдоходов отдельных секторов, зато не продуцирующая риски для будущего России.
Если экономика становится подобием языческого божества, в жертву которому приносится культурная идентичность России, то нужно что-то срочно исправлять. При правильной организации процесса экономическая модель должна обеспечивать национальную безопасность, сохранение и развитие нашей цивилизации.
Для исправления ситуации можно даже не строить сложных идеологических конструкций — достаточно просто навести порядок и расставить приоритеты в целеполагании. Подобно тому как крупные компании обуславливают свои цели требованиями соблюдения важных условий, например: «достижение таких-то показателей производства/дохода при соблюдении требований безопасности и стремлении к нулевому травматизму».
Так и на государственном уровне цели по экономическим показателям логично обуславливать требованием: «достижение таких-то экономических показателей при обязательном условии сохранения национально-культурной идентичности городов России и недопущении возникновения социально-культурных дисбалансов».
1. Сто лет назад в умах государственных экспериментаторов главенствовала идея «Россия — вязанка хвороста в огне мировой революции», сейчас же, если судить по результатам, главенствует идея «Россия — вязанка хвороста в огне мировой глобализации».
Вероятно, это до сих пор не преодолённое наследие эпохи Ельцина-Горбачёва, выражающееся в стремлении растворить русскую цивилизацию в глобальном обезличенном мире.
2. Результат всегда зависит от целеполагания. Раз у нас уже сложилась такая ситуация, очевидно, что в стратегических целях отсутствовала (и, вероятно, продолжает отсутствовать) цель сохранения цивилизационной и национально-культурной идентичности городов России. Это парадокс: огромные средства вкладываются в культурную сферу. Любят говорить о сохранении архитектурного облика городов. А о самом важном, о том, что в первую очередь нужно защищать и сохранять культурную идентичности городов России — почему-то не думают.
3. Если экономика, основанная на завозе миллионов инокультурных людей и на формировании социально-культурных дисбалансов, в среднесрочной перспективе приведёт к утрате нашей цивилизационной идентичности, то такую экономическую модель нужно менять. Экономика — она вообще для кого? Будущее чьей цивилизации она обеспечивает? Может, для развития нашей (а не чужой) цивилизации нам нужна другая структура экономики, пускай без сверхдоходов отдельных секторов, зато не продуцирующая риски для будущего России.
Если экономика становится подобием языческого божества, в жертву которому приносится культурная идентичность России, то нужно что-то срочно исправлять. При правильной организации процесса экономическая модель должна обеспечивать национальную безопасность, сохранение и развитие нашей цивилизации.
Для исправления ситуации можно даже не строить сложных идеологических конструкций — достаточно просто навести порядок и расставить приоритеты в целеполагании. Подобно тому как крупные компании обуславливают свои цели требованиями соблюдения важных условий, например: «достижение таких-то показателей производства/дохода при соблюдении требований безопасности и стремлении к нулевому травматизму».
Так и на государственном уровне цели по экономическим показателям логично обуславливать требованием: «достижение таких-то экономических показателей при обязательном условии сохранения национально-культурной идентичности городов России и недопущении возникновения социально-культурных дисбалансов».