«В мире продолжается интеграция климатической повестки в экономические и финансовые системы. Это проявляется сразу по нескольким направлениям: рост числа корпоративных климатических целей (с явным смещением центра активности в Азию), расширение участия финансового сектора в углеродных рынках (в частности, в Китае), формирование новых рыночных механизмов. В совокупности это указывает на переход от «экспериментальной» стадии рынка к формированию устойчивой инфраструктуры спроса и предложения.

Второй важный сдвиг — это ускоренное развитие сегмента CDR (carbon dioxide removal). Если ранее такие проекты воспринимались как нишевые, то сегодня они становятся центральным элементом долгосрочных климатических стратегий. Это подтверждается как ростом инвестиционной активности, так и вниманием со стороны международных институтов, включая подготовку специализированного методологического доклада IPCC и инициативу Всемирного экономического форума по масштабированию технологий удаления углерода. Одновременно усиливается спрос на высококачественные кредиты с длительным хранением углерода, что задает новые требования к стандартам и методологиям.

Отдельного внимания заслуживает развитие механизмов статьи 6 Парижского соглашения. Расширение двусторонних соглашений, активная позиция стран Азии как будущих покупателей углеродных единиц, а также дискуссии вокруг качества кредитов в рамках CORSIA формируют контуры будущего трансграничного рынка. В этой логике ключевым становится не столько объем предложения, сколько его соответствие требованиям экологической целостности и прозрачности.

В российском контексте апрель стал периодом рефлексии о текущем состоянии и перспективах углеродного рынка. Эта рефлексия нашла отражение в ряде экспертных материалов, включая доклад нашего Центра «Монетизация потенциала природно-климатических проектов в России». Сохраняются системные ограничения — низкая ликвидность, недостаток мотивации бизнеса к приобретению углеродных единиц, регуляторные барьеры, изоляция от мировых систем торговли.

С другой стороны, появляются важные сигналы: запуск сервисов для массового участия (например, компенсация углеродного следа в e-commerce), в Якутии утверждена Концепция углеродной нейтральности. Российский рынок находится распутье – либо он перейдет в фазу стагнации, либо активные шаги позволят заложить базовые условия для его масштабирования.

Природно-климатические проекты в мире закрепляются как самостоятельная отрасль. Их развитие определяется не только природным потенциалом территорий, но и качеством институциональной, цифровой и финансовой инфраструктуры, обеспечивающей трансформацию природного капитала в экономический актив. У России есть все возможности, чтобы активно участвовать в этом процессе», – отмечает директор Центра цифровых технологий для природно-климатических проектов НИУ ВШЭ Николай Куричев.