Вообще в истории с вирусом, не покидает ощущение, что это всё очень важно для Первого мира, для крупных экономических и политических игроков.
Вот, скажем, в Нигерии с начала года боевики Боко Харам и кочевники фулани убили больше 900 человек. В Конго каждый день убивают десятки людей в войне за колтановые шахты.
В Бангладеш, в кожевенных мастерских Хазирабагха, без всякого вируса люди до тридцати лет не доживают.
В Афганистане или ЮАР COVID тоже мало кого беспокоит. В первом случае, потому что ты скорее погибнешь в результате теракта, во втором - СПИД куда ближе прочих болезней.
Не то, чтобы с вирусом бороться не надо. Но явно, что далеко не для всех стран в мире именно это сейчас задача номер один.
Вот, скажем, в Нигерии с начала года боевики Боко Харам и кочевники фулани убили больше 900 человек. В Конго каждый день убивают десятки людей в войне за колтановые шахты.
В Бангладеш, в кожевенных мастерских Хазирабагха, без всякого вируса люди до тридцати лет не доживают.
В Афганистане или ЮАР COVID тоже мало кого беспокоит. В первом случае, потому что ты скорее погибнешь в результате теракта, во втором - СПИД куда ближе прочих болезней.
Не то, чтобы с вирусом бороться не надо. Но явно, что далеко не для всех стран в мире именно это сейчас задача номер один.