НеШевчик

Очередной виток паники на заправках напоминает ковидный 2020-й, когда самые предприимчивые граждане сметали с полок туалетную бумагу и гречку, создавая дефицит там, где его не было. Недавно эстафету приняли канистрофилы: люди, видимо, готовились к концу света, заливая бензин во все щели, словно завтра нефтяные скважины иссякнут навсегда. Дошло до того, что губернатор Моор отчитался в соцсетях, дескать, запасы в регионе есть, ограничения – временная мера. Что в переводе – хватит скупать бензин канистрами и истерить. Но кто ж слушает, когда в голове стучит древний инстинкт «хватай, пока можешь»?

Ну, допустим, бензин завтра действительно исчезнет с АЗС. Не навсегда, конечно, но все же. Что дадут эти запасы? Пару недель спокойной езды и… все. А потом вы сядете на мель ровно в той же точке, что и все остальные, с той лишь разницей, что потратили несколько часов жизни и нервов на создание запаса, который не вечен. Какой в этом стратегический замысел, если 40 литров – это полный бак обычного автомобиля? Для 90% машин при разовой заправке большего обычно и не надо. Если бы все просто ездили с этим ограничением и не создавали панику, в жизни этих самых ажиотажистов ничего бы не поменялось. Логика подсказывает: если произойдет худшее, запасы станут лишь короткой отсрочкой, а не спасением. Но паника, как известно, не дружит с арифметикой.

Самое дурное в этой ситуации то, что под удар попадают люди, которым бензин нужен для реальных нужд: спокойные автомобилисты, не участвующие в панике, владельцы генераторов, остающиеся без света при авариях на сетях, дачники с газонокосилками, которым топливо необходимо по сезону. Но их места в очередях занимают те, кто своими руками создает искусственный дефицит из воздуха. Получается классический замкнутый круг: люди сами пугают себя, бегут закупаться, создают ажиотаж, а потом искренне удивляются, почему возникли топливные ограничения. Хочется верить, что эта заправочная лихорадка сойдет на нет уже на этой неделе – и тогда все эти многочасовые очереди окажутся лишь эпизодом, о котором будет неловко вспоминать.

Нам пишут. Далее – прямая речь.

Похоже, с бюджетом в Тюменской области все совсем плохо. И, конечно, спасать его решили начать с самых лишних и ненужных стране людей: рядовых медиков, учителей и других «бесправных» (теперь уже в прямом смысле) несчастных. Ну, в самом деле, не резать же миллионные зарплаты управляющему составу.

Примерно месяц в бюджетных организациях (где-то началось раньше, в сфере культуры, например, в медучреждениях чуть позже) действует некий режим кадровой тишины. В поликлиники и больницы спущен приказ, согласно которому прием на работу новых сотрудников запрещен. Уволился специалист? Сидите без него. Невыносимые условия работы и ты хочешь поменять место? Не дергайся, тебя все равно никуда не возьмут – даже на аналогичную незанятую ставку в другом бюджетном учреждении. Терпи молча переработки, отвратительное отношение начальства, снижение зарплат. Вот так в 2026 году у нас в регионе буквально возродили крепостное право – осталось только отобрать паспорта. ТК РФ? Конституция? Руководители Тюменской области, наверно, и не слышали никогда о таких документах.

Отдельно радует, что студенты-медики у нас теперь по закону обязаны отработать три года в бюджетном учреждении после выпуска. Только вот они никуда не устроятся. И начинающим специалистам останется только положить диплом на полку и пойти работать курьером. Спасибо, дорогое государство, за заботу о сфере здравоохранения. Не смогли окончательно убить ее бесконечными оптимизациями – ничего страшного, доразвалят уже с куда большей эффективностью.

Сейчас все задаются вопросом: последуют ли дальше, как обычно, сокращения? Поувольняют ли персонал, чтобы Александр Моор и его приближенные смогли сохранить свои «нищенские» зарплаты? Лечиться, в конце концов, можно подорожником, рожать в ванне с повитухой. Рост смертности и падение рождаемости (что неизбежно в случае ухудшения доступа к медицинской помощи) очень поможет демографии, о которой с экранов так заботятся чиновники.

А главное, умиляет, с какой гордостью та же «Единая Россия» отчитывается о строительстве новых больниц и поликлиник. Правда, стоять они будут пустыми: ни работников, ни, соответственно, пациентов. Зато здания останутся новыми и красивыми. Будет отличный памятник современной России и ее гениальным управленческим решениям.

Видимо, ситуация распространенная. Не удивимся, если ВЦИОМ согласие на проведение опроса засчитывает как одобрение деятельности правительства РФ и прочих по списку.

За последнее время узнали уже о трех историях, когда обычно спокойные, сдержанные люди на работе вдруг взрываются. Кричат, плачут – по сути, из-за ерунды. По мелочи, на которую раньше просто не обратили бы внимания. На вопрос «Что случилось?» внятного ответа нет. «Время такое», «все давит», «атмосфера». Как будто человек и сам не понимает, почему его накрыло именно сейчас.

И ведь то же самое, похоже, происходит со всем обществом. Давили, давили, давили – экономическими мерами, запретами, бесконечным негативом. А потом какая-то незначительная причина, последняя капля, приводит к срыву. Эффект бабочки на штанге: вроде бы пустяк, а перевешивает всю конструкцию. И, кажется, мы наблюдаем тот же механизм с рейтингами власти, которые так активно пошли вниз, что ВЦИОМ несколько недель не публиковал данные. Накопилось столько, что любая мелочь начинает работать как детонатор. Замечали подобное за собой или за знакомыми? Если да, делитесь, присылайте свои истории – посмотрим, насколько глубоко зашел этот процесс.

Нам пишут. Далее – прямая речь.

Впервые в жизни мне позвонили из ВЦИОМ. Наконец-то, думаю. А то я уже начала подозревать, что этой организации не существует, а все их опросы – это такой не очень тонкий вымысел. Оператор – живой человек, не бот – спрашивает, могу ли я ответить на вопросы про отношение к политическим партиям. И тут я совершила ошибку. Слишком обрадовалась. Слишком громко сказала, что очень ждала этого звонка и готова отвечать развернуто и честно. Оператор, видимо, насторожилась. Сказала, что переключит на коллегу. И сбросила звонок.

Я подождала минут десять. Решила перезвонить – когда еще такая возможность выпадет. Но в трубке вежливо объяснили, что номер не предназначен для обратной связи. Так я и не поучаствовала в опросе ВЦИОМ. Видимо, моя реакция дала понять, что результаты их не порадуют.

Нам пишут. Далее – прямая речь.

Я работаю в бюджетной организации, и, конечно, перед выборами у нас уже началась агитация. Работодатели собирают списки на голосование, причем именно за "Единую Россию", остальные партии никого не интересуют. Опрашивают поименно, кто готов прийти и проголосовать. Порядок как обычно – "добровольно, но мы же все понимаем".

Правда, в этот раз увольнением не угрожают, потому что работать и так уже некому, но настоятельно просят проявить гражданскую сознательность. И даже так большая часть сотрудников в этот раз отказалась от внесения в списки. Потому что все эти постоянные запреты, ограничения и ухудшение жизни в целом бьет по нам в первую очередь. Если бизнес (во всяком случае, крупный) где-то может проявить гибкость и обойти запреты, мы – нет. Мы остаемся с неработающими системами и необходимостью плюсом к горе своей работы заниматься еще и побочной, возникшей, потому что кому-то снова захотелось принять дебильный закон, усложняющий жизнь всей стране.

Раньше перед выборами бюджетников еще пытались задобрить хотя бы формальным повышением зарплат (хотя всем известна система, когда повышается одна обязательная часть оклада, это компенсируется урезанием премий). Сейчас денег нет, никаких "плюшек" для людей тоже не осталось. Только бесконечное "нельзя", "запретить" и "ограничить". Значит, как говорят мои абсолютно аполитичные коллеги, которые на выборы до этого ходили ради розыгрышей полотенец, пусть сами за себя голосуют.

Решат угрожать увольнениями? Извините, но когда у вас почти во всех бюджетных сферах, даже критически важных вроде образования или здравоохранения, люди получают в лучшем случае на уровне не сильно занятого курьера "яндекс.еды" и работают уже на чистом энтузиазме, это звучит просто смешно. А больше загнать на участки и нечем.

Нам жалуются. Далее – прямая речь.

В городе – тотальный сбой связи. Уже, впрочем, привычный в наш «цифровой» 2026 год. На этот раз отвалились банковские сервисы и приложение (вместе с сайтом) тюменских парковок. Говорят, что только на технике Apple, но я вот третий час не могу оплатить парковку в центре ни с андроида, ни с винды. Не проходит оплата с карт Сбера, Т-Банка, ВТБ. В Тюменьгортрансе мне любезно посоветовали «доехать обратно к терминалу и попробовать через него, но не факт, что сработает». Не успеешь оплатить 150 рублей до 23.59 – потом заплатишь 2500 штрафа. И никто в твое положение не войдет, потому что «ну, вы же понимаете, проблема не на нашей стороне».

То есть, сегодня у нас сложилась ситуация, когда пользователь весь день бьется с цифровыми сервисами, чтобы честно оплатить парковку и исключить прилет штрафа за то, что он по НЕЗАВИСЯЩИМ от себя и своих желаний обстоятельствам не смог этого сделать.

Но вот спустя несколько часов тишины слово взял мэр Максим Афанасьев. И, о чудо, признал проблему. По его словам, сбой не на стороне города, а в банковских сервисах, но он уже дал поручение «Тюменьгортрансу»: штрафы за неоплаченную парковку в этой ситуации не рассматривать. Правда, следить за обновлениями и ждать, пока починят, все равно предлагают нам. Хорошо, хоть не «езжайте обратно к терминалу».

Вопрос к региональным и городским властям все равно остается: почему нельзя было выпустить это заявление утром, когда полгорода бегало с картами и матом? И почему постоплату не продлить на несколько суток, как делают нормальные люди, а не просто «ладно, на этот раз простим»? Впрочем, спасибо и на том. Хотя осадочек, как говорится, остался. Особенно когда привыкаешь, что внятная реакция от чиновников случается только после того, как все уже нанервничались.