В дискуссии об Аргентине у Игоря Димитриева поддержим мнение Доктора отраслевых наук.
В проблемах страны многое проистекает из тяжелого политического наследия. После правления Хунты и поражения в Фолклендской войне Аргентина погружается в кризис – экономический и идейный. Тогда, в 80-е, лекарством от всех болезней считался набор либеральных мер, предлагающих бескомпромиссную интеграцию в мировую экономику на основе безудержного рынка, и Аргентина встает на эти рельсы при президенте Рауле Альфонсине. Первая проба преобразований закончилась поражением для Альфонсина из-за гиперинфляции, побороть которую у него не вышло.
Более осторожного Альфонсина сменяет Карлос Менем, который переводит рыночные реформы в турбо режим и ставит у экономического руля печально известного министра экономики Доминго Кавальо. Итоги этого форсирования и вылились в сильнейший кризис, начавшийся в 2001 году. Поначалу, в первой половине 90-х, Аргентина испытала хороший рост экономики, однако получилось это подобно инъекции адреналина. Расплата за неконтролируемые внешние заимствования наступила быстро – денег нет, привет дефолт. Деградация внутреннего производства вылилась в сильную безработицу.
Безработица, инфляция и банковский кризис отправили харизматичного Менема в отставку. Примечательно, что тот же "аргентинский Гайдар" - Кавальо - в 2001 году (уже при президенте Де ла Руа) выступил в роли Глазьева, применяя пакет жестких антикризисных мер - однако они окончательно взорвали ситуацию, зревшую десятилетие, и карьера "Гайдара-Глазьева" на этом закончилась. А другие меры уже и не помогли бы, поэтому правильный вывод делает Доктор: нужен сплав мер, и главное своевременно применяемых, с соблюдением "дозировки".
@netlenkanet
В проблемах страны многое проистекает из тяжелого политического наследия. После правления Хунты и поражения в Фолклендской войне Аргентина погружается в кризис – экономический и идейный. Тогда, в 80-е, лекарством от всех болезней считался набор либеральных мер, предлагающих бескомпромиссную интеграцию в мировую экономику на основе безудержного рынка, и Аргентина встает на эти рельсы при президенте Рауле Альфонсине. Первая проба преобразований закончилась поражением для Альфонсина из-за гиперинфляции, побороть которую у него не вышло.
Более осторожного Альфонсина сменяет Карлос Менем, который переводит рыночные реформы в турбо режим и ставит у экономического руля печально известного министра экономики Доминго Кавальо. Итоги этого форсирования и вылились в сильнейший кризис, начавшийся в 2001 году. Поначалу, в первой половине 90-х, Аргентина испытала хороший рост экономики, однако получилось это подобно инъекции адреналина. Расплата за неконтролируемые внешние заимствования наступила быстро – денег нет, привет дефолт. Деградация внутреннего производства вылилась в сильную безработицу.
Безработица, инфляция и банковский кризис отправили харизматичного Менема в отставку. Примечательно, что тот же "аргентинский Гайдар" - Кавальо - в 2001 году (уже при президенте Де ла Руа) выступил в роли Глазьева, применяя пакет жестких антикризисных мер - однако они окончательно взорвали ситуацию, зревшую десятилетие, и карьера "Гайдара-Глазьева" на этом закончилась. А другие меры уже и не помогли бы, поэтому правильный вывод делает Доктор: нужен сплав мер, и главное своевременно применяемых, с соблюдением "дозировки".
@netlenkanet