Сегодня многие услышали в интервью Суровикина моральную подготовку к возможному сценарию отступления из Херсона. После Харькова такой расклад уже не кажется фантастическим.
Однако считаем, что вырисовывать такую определенность из интервью пока рано. Опять же, не потому, что это невозможно, а потому что на карту поставлено больше, чем кажется. Для управляемой «перегруппировки» критически нарушен порядок действий – референдумы уже проведены и «Херсон с Россией навсегда». Надо ли говорить, чем чревато разрушение этой конструкции? Суровикин, возможно, просто даёт трезвый расклад, что на фоне лакированных заявлений МО в духе "все по плану" - изрядно покололо всем слух.
Между тем, логика жанра требует кульминации и развязки в виде серьезных событий на фронтах. Ведь всё складывается по «дипломатической формуле» Борреля, который еще весной «завещал», что судьба конфликта должна решиться на поле боя. Конечно, сейчас всё зависит от того, рискнет ли Зеленский пойти ва-банк. Но после серьезных разрушений энергетической инфраструктуры терять Киеву особо нечего – или пытаться что-то этому противопоставить на поле боя до первых морозов, или консервировать фронт до весны и переключаться на решение гуманитарных вопросов.
Однако считаем, что вырисовывать такую определенность из интервью пока рано. Опять же, не потому, что это невозможно, а потому что на карту поставлено больше, чем кажется. Для управляемой «перегруппировки» критически нарушен порядок действий – референдумы уже проведены и «Херсон с Россией навсегда». Надо ли говорить, чем чревато разрушение этой конструкции? Суровикин, возможно, просто даёт трезвый расклад, что на фоне лакированных заявлений МО в духе "все по плану" - изрядно покололо всем слух.
Между тем, логика жанра требует кульминации и развязки в виде серьезных событий на фронтах. Ведь всё складывается по «дипломатической формуле» Борреля, который еще весной «завещал», что судьба конфликта должна решиться на поле боя. Конечно, сейчас всё зависит от того, рискнет ли Зеленский пойти ва-банк. Но после серьезных разрушений энергетической инфраструктуры терять Киеву особо нечего – или пытаться что-то этому противопоставить на поле боя до первых морозов, или консервировать фронт до весны и переключаться на решение гуманитарных вопросов.