Поговорим о будущем. Нас с вами ждет большая политическая выборная история - выборы депутатов Государственной думы. При этом еще и большое количество интегрированных компаний выборов депутатов региональных парламентов, административных центров. А также кампании по выбору высших должностных лиц регионов.

На сегодняшний день, если мы проводим анализ контентного поля во внутренней политике, то мы понимаем, что словосочетание «социальная архитектура» – одно из самых упоминаемых в общественной деятельности, во внутриполитическом блоке.

Социальная архитектура — это не про пиар. Это про настоящие результативные дела, про проектирование устойчивых социальных связей, про создание механизмов участия, про форматы коллективной работы, которые живут больше, чем политические циклы и переживают зачастую своих акторов.

То есть задача социальной архитектуры - создавать проекты, которые существуют за горизонтами узкого практического применения.

Возникает вопрос, а грядущие компании, которые нас ждут в 2026-м году, будут ли они настоящей социальной архитектурой?

И вот тут для ответа на этот вопрос стоит обратиться к обычной практике проведения избирательных кампаний. Кандидат, когда строит свою избирательную кампанию, хорошую кампанию, начинает действовать заранее, начинает заходить на территорию как общественный деятель, поднимать общественно значимые проблемы, режиссировать практику их решения, формировать проектную рамку как эти проблемы решать, но приводя это к нужному ему результату.

В общественных компаниях у нас всегда есть проблематика, всегда есть люди, которые там существуют, активисты, жители, общественники. Всегда есть лицо, принимающее решение, которое будет назначено ответственным за результат. И где-то в конце появляется кандидат, который все это спланировал, спроектировал, привел к какому-то результату и собрал победные очки.

Является ли такой подход подходом социальной архитектуры? Если все делать грамотно, то однозначно да. То есть это ставит новый вызов перед кандидатами - как планировать избирательную кампанию, в рамках нее общественные кампании так, чтобы это еще и укладывалось в задачу социальной архитектуры.

И здесь нам на помощь приходит формула доверия к проекту. Это отношение суммы честности, возможностей, мотивации к дистанции. Честность — это понятность намерений, понятность действий актора проекта. Возможность — реальная способность решать проблемы. Мотивация — внутренняя готовность работать. А вот дистанция — это то расстояние между актором и людьми, которое и определяет их готовность ему доверять. То есть это межличностная дистанция.

Но применяя эту формулу к общественным компаниям, мы понимаем, что доверие, которое важно, не получается построить быстро. И кажется, что к этой формуле мы должны добавить модификатор времени.

Вот только в этой ситуации возникает накопление доверия и устойчивый рост. Собственно, в этом и есть социальная архитектура. Создание устойчивого роста.

Теперь главный вопрос. Что все это значит для грядущего единого дня голосования? Важно, что мы впервые получим политическую картину, когда выборы будут идти не только через штабы, не только, через агитацию, но и через общественной компании и социальную архитектуру фактически. У кандидатов не остается иного выбора.

Высочайший запрос избирателя на честность, высочайший запрос избирателя на доверие — доверие не покупается.