Урок этикета превратился в концерт одной актрисы. Целых полчаса бульдог выл и скрёбся в дверь, а Богдана пинала её, всхлипывала, верещала и обрушивала на Гелу проклятия:

– Скажу papa, и он обязательно тебя казнит! Ты... ты никто, а я Дракон Дракулешти! И вообще, запрещает мне только papa! А ты, дубина, права не имеешь!

Всего-то дубина? Гела усмехнулась. До оскорблений от её матери Богдане было далеко.

– Да-а.. Не знаю, как насчёт дракона, но чудище я точно перед собой вижу.

– Чудище? Ах, ты... Я не чудище!

– Разве? Посмотрите, – в кабинете висело зеркало, и она указала на отражение юной княжны. Зрелище и правда было жалким: кончик маленького носика опух и покраснел, на подбородке блестело от соплей, а золотые кудряшки поникли, разлохматившись в паклю.