(Не)критично

В Сиднее закопали 80 произведений искусства в 120 тоннах земли – оригинальный интерактив для истории искусства последних лет. Никаких кнопок, экранов или QR-кодов: зрителю выдают лопаточку, просят снять обувь и предлагают откопать искусство.

Инсталляция HEAP – премьера Festival of Dangerous Ideas в Сиднее, коллективная работа восьми австралийских художников. Под слоем грунта в фойе спрятаны 80 объектов о колониализме, климате, национальной идентичности и труде. Найденное нельзя унести домой – его возвращают в общую экспозицию, которая растет день за днем.

Среди находок – своеобразный привет капитализму от Софи Пенкетман: она закопала 25 плиток с трудовым договором между собой и собственным 3D-принтером, который трудится строго 38 часов в неделю.

Другой художник, Эндрю Брук, спрятал контейнеры с лекарственными растениями трех континентов, напоминая, что граница между «опасным» и «целебным» часто проходит по линии колониальной классификации, а не биологии. Тэррин Гилл оставила под землей погребальную урну – жест о смертности, созданный после утраты домашнего питомца, что делает историю неожиданно личной.

Но здесь любопытнее не сюжеты, а сама модель: участие требует времени и усилия, а не просто условного клика.

👁 (Не)критично | Искусство и культура

тг | вк | дзен | макс

«Гроза» Джорджоне – одно из самых загадочных произведений венецианского Ренессанса: кажется, именно здесь художник впервые решил, что атмосфера полотна важнее внятного сюжета. Решение, надо сказать, оказалось удачным – картину пытаются разгадать вот уже более 500 лет.

На холсте – молодой мужчина с посохом, полуобнаженная женщина с младенцем, руины, мост и небо, готовое разразиться молнией. Формально это пейзаж с фигурами. По своей сути – сцена, в которой никто ни на кого не смотрит и никто никуда не идет: мужчина и женщина расположились по краям холста и, кажется, договорились никогда не заговаривать друг с другом первыми. Мы застаем момент до события – грозы, встречи, катастрофы, – но какого именно, история умалчивает.

Гипотез накопилось больше сотни: Адам и Ева после изгнания, персонажи античных поэм, аллегория семьи Вендрамин с младенцем-основателем рода, тревожное предчувствие войны Камбрейской лиги, участник венецианского братства ряженых и нимфа. Каждая версия по-своему убедительна и по-своему бессильна: детали складываются в разные истории, но ни одна не собирает их все. Возможно, разгадка в том, что разгадки не предполагалось: перед нами живописная поэзия для образованного заказчика, рассчитанная на разговор, а не на подпись под картиной.

Первым владельцем, судя по описанию Микьеля 1530 года, был венецианский патриций Габриэле Вендрамин – заказ документально не подтвержден, но выглядит весьма вероятным. А в 1939 году рентген преподнес исследователям сюрприз: на месте мужчины изначально была написана обнаженная женская фигура, которую Джорджоне сам же закрасил.

«Грозу» ценил Байрон, ею восхищался историк культуры Якоб Буркхардт, а ее пасторальная непринужденность аукнулась через три века в «Завтраке на траве» Мане.

👁 (Не)критично | Искусство и культура

тг | вк | дзен | макс

Днем сходила на спектакль «Вафельное сердце» – теплую историю о дружбе по мотивам бестселлера Марии Парр, поставленную Юлией Пересильд. Пожилые Трилле и Лена внезапно возвращаются в детство и на глазах у зрителей превращаются в двух неугомонных девятилетних соседей.

Никакой назидательности, никаких «дети, дружите» крупными буквами – спектакль разговаривает с юной и взрослой частью зала на равных.

Показ прошел в рамках фестиваля «Проявление» – новичка на карте города, который дебютировал этим летом под художественным руководством все той же Юлии Пересильд, уже как художественного руководителя, а не только участницы.

Проходит он на открытых сценах «Театрального бульвара», в составе его третьего сезона – там же, где до этого квартировались Московский джазовый и Большой Детский фестивали.

Все это – не только про эстетику. Гонорары артистов «Проявления» уходят фондам-партнерам: «Галчонку» (соучредитель которого – сама Пересильд), «Жизни в движении», «Жизни как чуду», «Дому с маяком» и «Детям нашим». Вход при этом бесплатный, что снимает главный вопрос современной филантропии – «а что мне за это будет?» – и заменяет его на честное «просто приходите».

Инклюзия в программе «Проявления» устроена так же ненавязчиво: спектакль на русском жестовом языке, документальный проект о культуре глухих, «Больничные клоуны», а к делу подключился и ММОМА на Петровке – семь дней музей работает как часть фестиваля, с мастерскими, экскурсиями и переводом на РЖЯ.

#культурная_инспекция_не_критично

👁 (Не)критично | Искусство и культура

тг | вк | дзен | макс

«Воскресный день на острове Гранд-Жатт» – программное полотно Жоржа Сёра и один из главных образов неоимпрессионизма. За сценой безмятежного отдыха парижан художник выстроил почти лабораторный эксперимент: цвет, свет и даже ритм фигур работают как единая система. Более рационального взгляда на праздность живопись, кажется, еще не знала.

На острове на Сене гуляют, лежат на траве, ловят рыбу – воскресенье как оно есть. Но никто здесь не движется по-настоящему: силуэты расставлены с точностью, будто художник сначала всех сосчитал, а потом уже разрешил отдыхать. Критики недаром сравнивали эту толпу с египетским фризом – довольно неожиданный комплимент пикнику.

Работа над холстом заняла два года: десятки этюдов, отдельно продуманный пейзаж, отдельно – каждая фигура. Финальный набросок из Метрополитен-музея еще дышит и торопится, а вот в оконченной версии мазок уже дисциплинирован до предела. Показанная на последней выставке импрессионистов в 1886-м, картина фактически объявила: спонтанность закончилась, начинается метод.

Метод же строился на теории цвета Шевреля и Руда: краски не смешиваются на палитре, а укладываются рядом чистыми мазками – зеленый и оранжевый зритель обязан домыслить сам, глазом, на расстоянии. Чем ближе подойти к холсту, тем меньше в нем смысла и больше разноцветного конфетти. При этом черной краски здесь почти нет: даже тени и цилиндры сложены из плотных синих, зеленых и красных точек.

Кстати, термин «пуантилизм» придумали критики, сам художник называл свой метод дивизионизмом – то есть буквально «разделением», что куда точнее описывает суть. А еще Сёра прожил всего тридцать один год, оставив очень скромное по объему наследие – но именно с этой картины принято отсчитывать целую эпоху в истории цвета.

Главный парадокс полотна же в том, что художник, не веривший спонтанному впечатлению, посвятил жизнь тому, чтобы с математической точностью нарисовать беспечность.

👁 (Не)критично | Искусство и культура

тг | вк | дзен | макс

У Сальвадора Дали был безотказный трюк: устроить роскошный ужин для целой компании – и не заплатить за него.

Согласно легенде, схема была следующая: Дали собирал вокруг себя друзей, знакомых и случайных поклонников, вел их в дорогой ресторан и разрешал заказывать все, что душа пожелает. Когда официант приносил счет, художник доставал чековую книжку, выписывал сумму – а затем, будто невзначай, переворачивал листок и оставлял на обороте пару теплых строк хозяину, свою подпись, а иногда и быстрый набросок.

Расчет был безупречен: обналичить чек с автографом и рисунком Дали означало получить скромную сумму денег и навсегда лишиться артефакта, который вскоре будет стоить дороже самого ужина. Рестораторы, разумеется, выбирали второе – и чек отправлялся в рамочку над кассой.

Свидетели рассказывают похожие сюжеты по всему миру: от Парижа до Нью-Йорка кто-то да вспоминает, как обедал рядом с Дали и видел, как тот одним движением пера превращал «долг» в шедевр. Не исключено, что этот прием художник позаимствовал у старшего товарища и вечного соперника Пабло Пикассо, который тоже умел платить кистью там, где другие платят кошельком.

Разумеется, историки искусства предпочитают называть это «устойчивым анекдотом», а не документально подтвержденным фактом. Но так ли важна точность, когда речь идет о человеке, для которого собственная подпись была твердой валютой XX века.

P.S. Лист справа часто выдают в сети за «тот самый чек Дали» – на что, мол, указывает и надпись The St. Regis New York (легендарный отель, где художник с супругой Галой останавливался зимой на протяжении почти 40 лет ). На самом деле это набросок всадника на вздыбленном коне, который Дали сделал в 1958 году на бланке корреспонденции отеля St. Regis для Уоллис Симпсон, герцогини Виндзорской, во время их совместного ланча в Нью-Йорке. Позже рисунок ушел с молотка на аукционе как отдельный лот из коллекции герцогини

👁 (Не)критично | Искусство и культура

тг | вк | дзен | макс

Последняя картина Ван Гога – «Пшеничное поле с воронами» или «Корни деревьев»? Казалось бы, вопрос сугубо знаточеский, но на деле – прекрасный урок о том, как рождаются мифы в истории искусства и почему их потом невозможно сдвинуть (даже ломом).

Версия про пшеничное поле царила больше века: зловещие птицы, обрывающаяся дорога, драматургия конца – идеальная картина для финальных титров. Собственно, титры и сыграли роль: в фильме «Жажда жизни» 1956 года Кирк Дуглас в роли Ван Гога умирает именно перед этим холстом, и кино крепко закрепило образ.

Документы говорят иное. Шурин Тео ван Гога вспоминал, что утром того дня Винсент писал «лесную сцену, полную солнца и жизни» – и это описание куда ближе к «Корням деревьев», чем к воронам над полем. В 2012 году искусствоведы амстердамского музея Ван Гога указали: среди овéрских работ незаконченными остались лишь две, и «Корни» – самый вероятный кандидат на прерванный труд.

А в 2020 году история получила развязку: историк сравнил картину со старинной открыткой и нашел тот самый склон на улице Добиньи, в паре сотен метров от гостиницы, где жил художник. Анализ света на полотне даже подсказал час работы – вторая половина дня, незадолго до выстрела.

Так что если выбирать версию – то ближе к истине именно «Корни деревьев». Но у мифа о «Пшеничном поле с воронами» лучше агент по кино-контрактам 😁

👁 (Не)критично | Искусство и культура

тг | вк | дзен | макс

Вода – один из старейших сюжетов в искусстве: ее писали тушью, маслом, чем угодно, что способно передать зыбкость. И вот наконец нашелся художник, который решил пойти дальше и приучил ее мигать пикселями строго по расписанию Пушкинского музея.

18 августа Пушкинский открывает выставку «Фабрицио Плесси. Вертикальные моря».

Инсталляция на четырех вертикальных экранах создана специально для музея – это не гастрольная копия, а московская версия работы, чей прародитель дебютировал в 2011 году в венецианском павильоне на Биеннале. Разница примерно та же, что между оригиналом и авторской редакцией: сюжет узнаваем, но акценты расставлены иначе. Именно с этой работы, к слову, началась коллекция медиаискусства ГМИИ – и в этом кроется главный, совсем не декоративный смысл события.

Дело и в институциональном жесте. Пушкинский собрал первую в федеральных музеях России самостоятельную, системную коллекцию медиаарта – не приложение к современному искусству и не техническую диковинку в темном зале, а полноценную часть фондов. Принцип отбора – транс-исторический: работы должны рассуждать о вечных темах языком настоящего момента. Вода в этом смысле кандидат безупречный.

Фабрицио Плесси – из тех художников, для кого «цифрововое» не повод для восторга, а рабочий материал. Он говорит об экране без придыхания: для него панель – тот же лист бумаги, только светящийся. Он родился и вырос в Венеции, где всю жизнь смотрел на воду не как турист, а как человек, у которого лагуна за окном. Отсюда и его убежденность, что вода – не стихия, а праматерия, первосимвол, который каждый раз можно пересобрать заново.

Кураторская логика тоже подкупает своей честностью: медиатехнологии здесь раскрыты как хранилище эмоций. Куратор Алина Стуликова замечает, что видео и вода родственны по природе – оба «жидкие, подвижные, нестабильные», и оба стремятся выплеснуться за пределы своей рамки. Природная стихия становится цифровым кодом, а затем на экране обретает пластику обратно – своего рода «круговорот воды в музее».

К выставке готовят экскурсии с куратором, показы других произведений из коллекции медиаарта и дискуссии о том, что сегодня можно считать актуальным медиаискусством. Так что если вы хотели познакомиться с этим направлением не через случайный видеоарт на биеннале или ярмарке, то сейчас подходящий момент.

👁 (Не)критично | Искусство и культура

тг | вк | дзен | макс

#культурная_инспекция_не_критично