К. С. Льюис выступал против рукоположения женщин в христианское священство. В эссе «Священницы в Церкви?» (1948) он особо подчеркивал, что его возражение не основано на убеждении, будто женщины менее способны, чем мужчины. Он писал, что «никто из тех, кто выступает против этого предложения, … не утверждает, что женщины менее способны, чем мужчины, к благочестию, усердию, образованности и всему тому, что представляется необходимым для пастырского служения».

Напротив, аргументация Льюиса касалась символического и богословского смысла священства. Священника он понимал как «двойного представителя, который представляет нас Богу и Бога нам». Поскольку Христос воплотился как мужчина, Льюис считал, что и священник, представляющий Христа Церкви, также должен быть мужчиной. Поэтому он утверждал, что «только тот, кто носит мужскую униформу, может … надлежащим образом представлять Господа Церкви».

Льюис также обращался к христианской традиции, отмечая, что, хотя Мария пользовалась глубоким почитанием в историческом христианстве, «никогда за все эти века ей не приписывалось ничего, что напоминало бы священническое служение». Льюис полагал, что Церковь должна сохранять то, что он считал богословски значимым, установленным Богом порядком мужского священства.

Он признавал, что допущение женщин к священству может показаться более рациональным или практичным решением, однако в своей знаменитой формулировке замечал, что тогда христианство могло бы стать «гораздо более рациональным, но уже не настолько похожим на Церковь».