Замариновал утку.
С этой уткой есть определенная история.
Приезжаю я в хутор. Где находится дача.
Центральный рынок.
Рынком назвать сложно, но можно. Он размером с баскетбольную площадку, но движуха не меньше.
Станичники и хуторяне занимаются активным сбытом своей продукции.
Продают от редиски до суточных цыплят и гусят.
Там же можно стать счастливым обладателем «дворовой» (выращенной во дворе) снеди.
В частности, сидела Бабушка. Лет под 90.
Торговала тушками уток, кур и яйцами.
Поинтересовался, по чем ути.
В ответ получил череду слов, которые бы даже местный атаман не разобрал.
Бабушка «балакала», т.е. говорила на смеси кубанского и украинского наречия.
Я почти ничего не понял, кроме того, что кг стоит 300 руб.
Я взял 2 уточки. Одну совсем малюсенькую, весом в 1 кг, и вторую в 1,5 кг.
Приезжаю на дачу и начинаю насыщать холодильник привезённым с собой добром.
Бац! А 🦆 три!
С этой уткой есть определенная история.
Приезжаю я в хутор. Где находится дача.
Центральный рынок.
Рынком назвать сложно, но можно. Он размером с баскетбольную площадку, но движуха не меньше.
Станичники и хуторяне занимаются активным сбытом своей продукции.
Продают от редиски до суточных цыплят и гусят.
Там же можно стать счастливым обладателем «дворовой» (выращенной во дворе) снеди.
В частности, сидела Бабушка. Лет под 90.
Торговала тушками уток, кур и яйцами.
Поинтересовался, по чем ути.
В ответ получил череду слов, которые бы даже местный атаман не разобрал.
Бабушка «балакала», т.е. говорила на смеси кубанского и украинского наречия.
Я почти ничего не понял, кроме того, что кг стоит 300 руб.
Я взял 2 уточки. Одну совсем малюсенькую, весом в 1 кг, и вторую в 1,5 кг.
Приезжаю на дачу и начинаю насыщать холодильник привезённым с собой добром.
Бац! А 🦆 три!