Если вы уже слышали Бернстайна, особенно не знаменитую его «Вест-Сайдскую историю», а, например, симфоническую сюиту «На набережной», или зарисовки с «Таймс сквер в 1944 году», то вы поймёте мой восторг.
А если ещё не, то я вам страшно завидую, поскольку испытать такое впервые, все равно что впервые выйти под парусами в открытое море.
Симфоническому оркестру Бордо посчастливилось иметь дирижера, рожденного в Нью-Йорке и, можно сказать, выросшего на музыке Ленни. Именно поэтому, открытие нынешнего сезона было таким «нью-йоркским».
В такие моменты, я всегда ощущаю скудность своего словарного запаса, потому что очень хочется выразить ощущения, а слов для этого не хватает.
Дивной красоты музыка. До безумия точно передающая и буйство стихии, и звуки гудящего мегаполиса, и нежность и драму живых человеческих чувство. Немножко Прокофьев, местами Стравинский, но в целом — абсолютно потрясающий, несравненный Бернстайн. Оркестр будто под кожей у тебя сидит, такое чувство. Вокруг всё пространство вибрирует. Удивительная музыка.
В театре оперы Бордо каждый театральный год, а это и опера, и танец, и музыка, объединен общей темой. В этом сезоне это безумие и безумство. Где она проходит, эта грань? Программа совершенно сумасшедшая: я буквально рыдала, когда выбирала на что именно купить билеты. Мне до сих пор больно вспоминать от чего пришлось отказаться. К счастью, есть надежда, что на кое-какие концерты удастся попасть по контрамаркам (ттт, чтоб не сглазить).
Тут вам и Рахманинов, и Моцарт, и Кармен, и Макбет, и Лебединое озеро (🙏), и Царская невеста, и Бетховен, и Гайдн, Россини, Шуман, Прокофьев, Сибелиус… Кого только и чего только нет. Про танцоров и исполнителей (певцов и музыкантов) я вообще молчу.
В общем, сезон открыт. Кстати, по недавней традиции, оперный театр Бордо уже пятый год открывает сезон концертом «в городе»: 11 больших экранов и звуковое оборудование устанавливаются на площадях, чтобы все желающие могли послушать потрясающую музыку в прямой трансляции из концертного зала (из моего угла я насчитала три стационарные телекамеры в зале и один оператор ползал между музыкантами на сцене).
Помимо городских экранов, трансляцию концерта проводят больше, чем в 70 больницах и домах престарелых в регионе и за рубежом, в городах-побратимах.
Откуда деньги, Зин? Да все оттуда же, от проклятых буржуев, акул империализма. Фонд Филиппины Ротшильд у нас в партнерах оперного театра, он и платит.
Ну, не только он, конечно. Тут и Оранж (французский Билайн), и другие партнеры. И в основе своей сам театр — публично финансируемая институция. Но за вот этот масштаб — городские экраны и тп — это меценаты.
Ротшильды тут тоже не просто так с потолка взялись. Это так называемая «винная ветвь» семьи, которая владеет двумя местными виноградниками.
Как бы то ни было, безумства продолжаются. На этой неделе дают оперу «Дидон и Энея». Если смогу, расскажу. Как же жаль, что во время спектакля нельзя фотографировать…(