Военная победа РФ едва ли облегчит ситуацию и перспективы для неё, но позволит сменить фокусировку на деятельности: контрпартизанская работа, восстановление городов, устройство гражданского мира.
Залогом военной победы можно назвать выбитие человеческого ресурса Украины. Для этого нужно стимулировать эмиграцию и, главное, максимально быстро убить необходимое число украинских военных - довести число безвозвратных потерь тысяч до 500 .
Украина же может вывезти войну, затягивая время и провоцируя внутренние нестроения в РФ. В идеале политические, например через массовые выступления против войны и подвижки в верхах формата "табакерка". Также осмыслено поощрять и провоцировать массовую эмиграцию людей максимально уникальных и сложных навыков, и людей с деньгами - в этом плане массовая эмиграция февраля-октября может быть записана в стратегический успех Украины, путь и сработанный в основном не ей.
Какие идеологические конструкции могли бы оформлять это неизбежное целеполагание?
Со стороны РФ это достаточно открытая геноцидарная идеология, которая, впрочем, фокусировала бы внимание людей на нанесении военных потерь: "надо убить ещё 280 тысяч украинцев в форме, ребята, поднажмем!". Такая идеология должна охватить как можно больше людей, но в оптимуме остаться "серой", не попадать в мейнстрим.
Проблема такой идеологии в том, что она ломает популярные конструкции про то, що мы и украинцы - братские народы, или про то, что мы один народ. Ставка должна быть сделана на то, что это народ чужой, и на дегуманизацию врага: "принятие украинской национальный идентичности есть лишение человеком себя статуса человека". Это противоречит и христианской антропологии, поэтому в таком целеполагании голос Церкви важно утишить как можно сильнее.
С позиции Украины, наоборот - осмыслена ставка на эмпатию и культурную близость, фокусировка на неизбежном соседстве и по большому счету общих проблемах.
Тут, с одной стороны, такой посыл подкрепляется самой по себе фактурой - разрушенные дома точно такие же, как в России и люди до сих пор часто говорят на русском. Тут за потенциально эффективной идеологией стоит правда.
С другой же стороны, геноцидарная риторика и смакование "русореза" ломают потенциал выработки и запуска такой идеологии. В тоже время такие посылы очевидно не работают на "правильную" реакцию ЦА - кривляния и вербализация желания убить рождают лишь мрачный интерес к украинцам и нутряное желание "решить проблему". Страхи людей, готовящихся в СВО, завязаны почти исключительно на неэффективность командования и риск попасть в плен. Собственно, и успехи украинцев в русорезе обусловлены преимущественно спецификой командования СВО, которое выглядит скорее действиями приносящего жертву жреца .
С позиции РФ видно, как геноцидарная риторика становится всё более распространённой - однако как часть потенциального идеологического конструкта она входит в противоречие с формальным целеполаганием СВО и ценностным оформлением всего этого движа: иными словами, целеполагание государства в ситуации, которая уже есть, противоречит устремлениям "вертикали", эту ситуацию собственно создавшей. Впрочем, вопрос: соответствует ли полный разгром ВСУ и, главное, занятие новых территорий очевидно с уничтоженными городами интересам РФ как государства.
А успех идеологии, обрамляющей "эффективное военное целеполагание", станет поражением русских в их некогда бывшей попытке быть христианским народом. Впрочем, была ли такая попытка когда-либо в истории - вопрос.
Залогом военной победы можно назвать выбитие человеческого ресурса Украины. Для этого нужно стимулировать эмиграцию и, главное, максимально быстро убить необходимое число украинских военных - довести число безвозвратных потерь тысяч до 500 .
Украина же может вывезти войну, затягивая время и провоцируя внутренние нестроения в РФ. В идеале политические, например через массовые выступления против войны и подвижки в верхах формата "табакерка". Также осмыслено поощрять и провоцировать массовую эмиграцию людей максимально уникальных и сложных навыков, и людей с деньгами - в этом плане массовая эмиграция февраля-октября может быть записана в стратегический успех Украины, путь и сработанный в основном не ей.
Какие идеологические конструкции могли бы оформлять это неизбежное целеполагание?
Со стороны РФ это достаточно открытая геноцидарная идеология, которая, впрочем, фокусировала бы внимание людей на нанесении военных потерь: "надо убить ещё 280 тысяч украинцев в форме, ребята, поднажмем!". Такая идеология должна охватить как можно больше людей, но в оптимуме остаться "серой", не попадать в мейнстрим.
Проблема такой идеологии в том, что она ломает популярные конструкции про то, що мы и украинцы - братские народы, или про то, что мы один народ. Ставка должна быть сделана на то, что это народ чужой, и на дегуманизацию врага: "принятие украинской национальный идентичности есть лишение человеком себя статуса человека". Это противоречит и христианской антропологии, поэтому в таком целеполагании голос Церкви важно утишить как можно сильнее.
С позиции Украины, наоборот - осмыслена ставка на эмпатию и культурную близость, фокусировка на неизбежном соседстве и по большому счету общих проблемах.
Тут, с одной стороны, такой посыл подкрепляется самой по себе фактурой - разрушенные дома точно такие же, как в России и люди до сих пор часто говорят на русском. Тут за потенциально эффективной идеологией стоит правда.
С другой же стороны, геноцидарная риторика и смакование "русореза" ломают потенциал выработки и запуска такой идеологии. В тоже время такие посылы очевидно не работают на "правильную" реакцию ЦА - кривляния и вербализация желания убить рождают лишь мрачный интерес к украинцам и нутряное желание "решить проблему". Страхи людей, готовящихся в СВО, завязаны почти исключительно на неэффективность командования и риск попасть в плен. Собственно, и успехи украинцев в русорезе обусловлены преимущественно спецификой командования СВО, которое выглядит скорее действиями приносящего жертву жреца .
С позиции РФ видно, как геноцидарная риторика становится всё более распространённой - однако как часть потенциального идеологического конструкта она входит в противоречие с формальным целеполаганием СВО и ценностным оформлением всего этого движа: иными словами, целеполагание государства в ситуации, которая уже есть, противоречит устремлениям "вертикали", эту ситуацию собственно создавшей. Впрочем, вопрос: соответствует ли полный разгром ВСУ и, главное, занятие новых территорий очевидно с уничтоженными городами интересам РФ как государства.
А успех идеологии, обрамляющей "эффективное военное целеполагание", станет поражением русских в их некогда бывшей попытке быть христианским народом. Впрочем, была ли такая попытка когда-либо в истории - вопрос.