Репост из: Скимѣнъ ранѣный
II. Политические архетипы 1993-го. Мелочное властолюбие как мотор антиельцинского ревизионизма.
Все мы прекрасно понимаем, почему ВС оправдывают те или иные силы. Z-тусовка в лице Холмогорова прямо пишет, что на баррикадах Белого Дома схлестнулись «русь (красно-коричневые) и нерусь (ельцинисты)» (хорошо, что не «вырусь», но это слово-мутант совсем недавнего происхождения). Все людоеды и маньяки заходятся в восторге по поводу своей запоздалой победы. Для них это триумф. Даже самые осторожные охранители сдвинулись к трактовке «Верховный Совет был прав, но его сторонники действовали неподобающими методами». Считай, что отмашка. В среднем по палате среди совков-ваты-зетников эйфория по случаю долгожданной моральной сатисфакцией.
«На чужом пиру похмелье» – это про то, как оппозиция (в эмиграции) робко пытается потеснить господствующую идеологему о борьбе «сторонников народной власти» и «американских ставленников», предлагая свою трактовку, тоже определённо «просоветскую», но оперирующую институциональными («парламент – всегда хорошо, президент – чаще всего нехорошо») и моральными («нельзя стрелять из танков») доводами.
Здесь давайте озвучим «секрет Полишинеля». Оппозиция вписывается за ВС, ибо:
…проецирует на себя образ «народных депутатов», связывая своё гипотетическое пришествие во власть с учреждениями наподобие Верховного Совета, т.е. симпатии Ходорковского, Кашина и т.д. к ВС – это банальная жажда власти и сожаления насчёт того, что эту власть можно запросто отнять залпами из танков.
Ради великого шанса на «попадание на власть» (хоть депутатиком, хоть сбоку-припёку), они готовы мириться: 1) c необольшевицкой идейной гегемонией (ведь «идеи не важны, институты важны»), 2) анархией разнузданной толпы, 3) угрозой пересмотра права частной собственности (а массовая частная собственность – это главное достижение 1990-х, за которое можно многое простить ЕБН и Гайдарочубайсу). Все три фактора имели место в 1993 г., но оценены антиельцинскими «ревизионистами» как маловажные по сравнению с «защитой конституции (брежневской) и парламентаризма (советоидного)».
Отчётливо представляю себе, как «дед Олег» с той же убаюкивающей патетикой лондонского дурачка защищает очередной псевдопарламентский «караван-сарай», нашпигованный Прилепиными (реальный депутат Госдуры) и Гиркиными, от условного «нового Ельцина» из перекрасившихся элитариев. «Нельзя коммунистов расстреливать, недемократично!» И эту картину, поверьте, мы обязательно увидим. Если некоторые «ради спасения демократических процедур» согласны на Зюганова в 1996, то будут согласны и на Гиркина в 2030.
Из мелочного властолюбия и стремления «не мытьём, так катаньем» очутиться в представительном органе, эти прекраснодушные люди вновь саботируют жизненно важные реформы, которые в постпутинской России можно будет провести только авторитарными, заведомо непопулярными методами. И те, кто принимает эти методы, должны быть готовы дать отпор новым прекраснодушным и старым красно-коричневым. Мы переживаем за Навального, смеёмся над Кацем, интересуемся Капустиным – но уже сегодня пора задать себе вопрос, а если Навальный, Кац или Капустин начнут палить из танков по недоговороспособному парламенту подобно ЕБН в 1993-ем, не будет ли долгом русского человека поддержать «диктатуру права» против хоть трижды избранной говорильни? Сознавая, что названные персонажи могут повторить ошибки Ельцина-победителя, всё же следует ответить: да, с учётом всех рисков, стрелять по парламенту лучше, чем дать стрелять парламенту. Левиафан лучше Бегемота (знакомые с символизмом Т. Гоббса поймут).
Все мы прекрасно понимаем, почему ВС оправдывают те или иные силы. Z-тусовка в лице Холмогорова прямо пишет, что на баррикадах Белого Дома схлестнулись «русь (красно-коричневые) и нерусь (ельцинисты)» (хорошо, что не «вырусь», но это слово-мутант совсем недавнего происхождения). Все людоеды и маньяки заходятся в восторге по поводу своей запоздалой победы. Для них это триумф. Даже самые осторожные охранители сдвинулись к трактовке «Верховный Совет был прав, но его сторонники действовали неподобающими методами». Считай, что отмашка. В среднем по палате среди совков-ваты-зетников эйфория по случаю долгожданной моральной сатисфакцией.
«На чужом пиру похмелье» – это про то, как оппозиция (в эмиграции) робко пытается потеснить господствующую идеологему о борьбе «сторонников народной власти» и «американских ставленников», предлагая свою трактовку, тоже определённо «просоветскую», но оперирующую институциональными («парламент – всегда хорошо, президент – чаще всего нехорошо») и моральными («нельзя стрелять из танков») доводами.
Здесь давайте озвучим «секрет Полишинеля». Оппозиция вписывается за ВС, ибо:
…проецирует на себя образ «народных депутатов», связывая своё гипотетическое пришествие во власть с учреждениями наподобие Верховного Совета, т.е. симпатии Ходорковского, Кашина и т.д. к ВС – это банальная жажда власти и сожаления насчёт того, что эту власть можно запросто отнять залпами из танков.
Ради великого шанса на «попадание на власть» (хоть депутатиком, хоть сбоку-припёку), они готовы мириться: 1) c необольшевицкой идейной гегемонией (ведь «идеи не важны, институты важны»), 2) анархией разнузданной толпы, 3) угрозой пересмотра права частной собственности (а массовая частная собственность – это главное достижение 1990-х, за которое можно многое простить ЕБН и Гайдарочубайсу). Все три фактора имели место в 1993 г., но оценены антиельцинскими «ревизионистами» как маловажные по сравнению с «защитой конституции (брежневской) и парламентаризма (советоидного)».
Отчётливо представляю себе, как «дед Олег» с той же убаюкивающей патетикой лондонского дурачка защищает очередной псевдопарламентский «караван-сарай», нашпигованный Прилепиными (реальный депутат Госдуры) и Гиркиными, от условного «нового Ельцина» из перекрасившихся элитариев. «Нельзя коммунистов расстреливать, недемократично!» И эту картину, поверьте, мы обязательно увидим. Если некоторые «ради спасения демократических процедур» согласны на Зюганова в 1996, то будут согласны и на Гиркина в 2030.
Из мелочного властолюбия и стремления «не мытьём, так катаньем» очутиться в представительном органе, эти прекраснодушные люди вновь саботируют жизненно важные реформы, которые в постпутинской России можно будет провести только авторитарными, заведомо непопулярными методами. И те, кто принимает эти методы, должны быть готовы дать отпор новым прекраснодушным и старым красно-коричневым. Мы переживаем за Навального, смеёмся над Кацем, интересуемся Капустиным – но уже сегодня пора задать себе вопрос, а если Навальный, Кац или Капустин начнут палить из танков по недоговороспособному парламенту подобно ЕБН в 1993-ем, не будет ли долгом русского человека поддержать «диктатуру права» против хоть трижды избранной говорильни? Сознавая, что названные персонажи могут повторить ошибки Ельцина-победителя, всё же следует ответить: да, с учётом всех рисков, стрелять по парламенту лучше, чем дать стрелять парламенту. Левиафан лучше Бегемота (знакомые с символизмом Т. Гоббса поймут).