Если Карабахская война разгорится вновь, то станет очередным подтверждением тезиса, что нет смысла заканчивать войну, не поставив в конфликте точку.
Баку настаивает на полной интеграции проживающих в Карабахе армян. Альтернатива — чемодан, автовокзал, Ереван. Это довольно жесткий ультиматум, который Азербайджан ставит на правах победителя во второй Карабахской войне.
Конфликт между Азербайджаном и Арменией сейчас в тени СВО, и международный наблюдатель не слишком о нем осведомлен. Однако вокруг Карабаха уж слишком много дипломатических встреч, пощечин, ругани и скрытых переговоров.
Южный Кавказ стал регионом, в котором удивительным образом сплетается множество противоречий. Несмотря на близость Москвы и Еревана в культурном и, отчасти, ментальном плане (общее прошлое, большая диаспора в РФ, схожее вероисповедание), в Кремле не могут отказаться от отношений с Баку, банально по одной причине — Азербайджан слишком серьезная сила в регионе, чтобы однозначно переводить его в статус врагов, тем более с такой обширной турецкой поддержкой.
Россия больше всех заинтересована в урегулировании конфликта и закреплении статуса-кво на своем заднем дворе. При этом Москва готова жертвовать армянскими интересами — не злобы ради, а за неимением иного выхода. В Кремле считают, что Пашинян сам довел ситуацию до угрозы очередной войны, плюс в Москве не забыли его флирт с Западом, который расценивают как антироссийский ход.
Проще говоря, Россия ожидала от Армении, что последняя будет действовать с Москвой одним фронтом. С приходом Пашиняна к власти от такой политики отошли, а его критика ОДКБ (считай России) и демонстративные демарши только убедили Кремль, что следует менять приоритеты.
Теперь нет речи о продвижении общих российско-армянских интересов. Есть только российские. Пока в них входит существование и процветание Армении, а может и не входить. Долгое время для России Ереван был чемоданом без ручки.
Вроде как плацдарм в Закавказье оставался, но влияние неминуемо падало, а сама Армения оставалась в русле российского влияния только из-за крайне слабой экономики и российских кредитов. В то время как экономические связи с Баку были не такими односторонними, да и отношения Алиева и Путина подчеркнуто уважительны. Личные контакты Алиева и Путина на порядок лучше, чем контакты Путина и Пашиняна.
Отношения Москвы и Баку можно оценить как прагматично-партнерские. И если Баку сможет предложить рабочий вариант прочного мира, то Россия пойдет на этот вариант — две войны на наших рубежах станут слишком опасным вызовом для государства.
Баку настаивает на полной интеграции проживающих в Карабахе армян. Альтернатива — чемодан, автовокзал, Ереван. Это довольно жесткий ультиматум, который Азербайджан ставит на правах победителя во второй Карабахской войне.
Конфликт между Азербайджаном и Арменией сейчас в тени СВО, и международный наблюдатель не слишком о нем осведомлен. Однако вокруг Карабаха уж слишком много дипломатических встреч, пощечин, ругани и скрытых переговоров.
Южный Кавказ стал регионом, в котором удивительным образом сплетается множество противоречий. Несмотря на близость Москвы и Еревана в культурном и, отчасти, ментальном плане (общее прошлое, большая диаспора в РФ, схожее вероисповедание), в Кремле не могут отказаться от отношений с Баку, банально по одной причине — Азербайджан слишком серьезная сила в регионе, чтобы однозначно переводить его в статус врагов, тем более с такой обширной турецкой поддержкой.
Россия больше всех заинтересована в урегулировании конфликта и закреплении статуса-кво на своем заднем дворе. При этом Москва готова жертвовать армянскими интересами — не злобы ради, а за неимением иного выхода. В Кремле считают, что Пашинян сам довел ситуацию до угрозы очередной войны, плюс в Москве не забыли его флирт с Западом, который расценивают как антироссийский ход.
Проще говоря, Россия ожидала от Армении, что последняя будет действовать с Москвой одним фронтом. С приходом Пашиняна к власти от такой политики отошли, а его критика ОДКБ (считай России) и демонстративные демарши только убедили Кремль, что следует менять приоритеты.
Теперь нет речи о продвижении общих российско-армянских интересов. Есть только российские. Пока в них входит существование и процветание Армении, а может и не входить. Долгое время для России Ереван был чемоданом без ручки.
Вроде как плацдарм в Закавказье оставался, но влияние неминуемо падало, а сама Армения оставалась в русле российского влияния только из-за крайне слабой экономики и российских кредитов. В то время как экономические связи с Баку были не такими односторонними, да и отношения Алиева и Путина подчеркнуто уважительны. Личные контакты Алиева и Путина на порядок лучше, чем контакты Путина и Пашиняна.
Отношения Москвы и Баку можно оценить как прагматично-партнерские. И если Баку сможет предложить рабочий вариант прочного мира, то Россия пойдет на этот вариант — две войны на наших рубежах станут слишком опасным вызовом для государства.