Планы войны на 2026 год
Перемирие и мирные договоренности буксуют, а значит, есть смысл поговорить о войне. Более того, есть основания полагать, что бои продолжатся весь 2026 год и выйдут на новый рубеж интенсивности и ожесточенности — финальный раунд уже близко. Тянуть войну становится тяжело обеим сторонам, и, если решение не находится в кабинетах, то будет найдено на поле боя.
И Украина, и Россия преследуют одну стратегическую цель — перетерпеть противника. Утрированно, но чья экономика окажется более живучей, тот и победит — обе стороны не ожидают захватов городов и других традиционных методов победы над противником, а работают над сломом военной машины путем ее удушения. В таком случае экономический и социальный кризис у стороны противника становится необходимым условием для военного поражения.
Атаки по НПЗ или уничтожение энергетических объектов существуют именно по этой логике — приблизить крах государства в тылу, что, в свою очередь, лишит армию противника возможностей вести войну. Иронично, но победить на поле боя конвенциональными методами отныне невозможно, слишком много новых факторов войны, отчего армию проще разбить фактически разбив ее промышленный тыл в виде государства.
Такие реалии вносят свои изменения на формат сражений между ВС РФ и ВСУ. Тренд на изматывание противника продолжается, а главный кулак наступления направлен на донецком направлении. Изгнать оттуда ВСУ — главная задача этого этапа войны, которая может и вовсе завершить ее.
Параллельно этому ВС РФ стягиваются для наступления на запорожском направлении — к концу 2026 года армия России имеет все шансы выйти на линии вплотную к Запорожью. Город, кстати, входящий в территорию России по конституции. Приблизиться к нему можно будет в результате сковывания сил ВСУ на донецком направлении.
"Нетрадиционные" направления вроде Харьковской и Сумской области тоже можно рассматривать как потенциальные плацдармы на 26-ой год — точнее их можно определить по сигналам об эвакуации от украинских чиновников. Если таковые были из такого-то района Сумской или другой приграничной области, значит украинская разведка считает, что эти территории скоро перейдут врагу.
Сами ВСУ тоже изменятся — тратить людей в бессмысленных контр-атаках и пиар-рейдах теперь невозможно, резервы на пределе. Желающих идти на фронт почти не осталось, ТЦК обеспечивают большую часть свежей крови фронту, но сами ВСУшники совсем не жалуют бусифицированных — те зачастую обуза, а не подмога.
Украинцы уйдут в эластичную оборону — они готовы отдавать территории, взамен сохраняя людской резерв армии, что в 2026 будет самой критичной задачей. Помогут им в этом и дроны, которые если не компенсируют, то помогают при паритете численности у воюющих сторон. Россия в 26-м году будет также активно стараться нагнать украинскую сторону в использовании и развертывании дронов, но пока преимущество за Киевом.
Отдавать территории придется в любом случае — ВСУ все также упираются в недостаток численности, а потенциальных точек прорыва фронта слишком много, они буквально тянутся по всей линии боевого соприкосновения, чем пользуется Москва. активизируясь на разных участках фронта.
Перемирие и мирные договоренности буксуют, а значит, есть смысл поговорить о войне. Более того, есть основания полагать, что бои продолжатся весь 2026 год и выйдут на новый рубеж интенсивности и ожесточенности — финальный раунд уже близко. Тянуть войну становится тяжело обеим сторонам, и, если решение не находится в кабинетах, то будет найдено на поле боя.
И Украина, и Россия преследуют одну стратегическую цель — перетерпеть противника. Утрированно, но чья экономика окажется более живучей, тот и победит — обе стороны не ожидают захватов городов и других традиционных методов победы над противником, а работают над сломом военной машины путем ее удушения. В таком случае экономический и социальный кризис у стороны противника становится необходимым условием для военного поражения.
Атаки по НПЗ или уничтожение энергетических объектов существуют именно по этой логике — приблизить крах государства в тылу, что, в свою очередь, лишит армию противника возможностей вести войну. Иронично, но победить на поле боя конвенциональными методами отныне невозможно, слишком много новых факторов войны, отчего армию проще разбить фактически разбив ее промышленный тыл в виде государства.
Такие реалии вносят свои изменения на формат сражений между ВС РФ и ВСУ. Тренд на изматывание противника продолжается, а главный кулак наступления направлен на донецком направлении. Изгнать оттуда ВСУ — главная задача этого этапа войны, которая может и вовсе завершить ее.
Параллельно этому ВС РФ стягиваются для наступления на запорожском направлении — к концу 2026 года армия России имеет все шансы выйти на линии вплотную к Запорожью. Город, кстати, входящий в территорию России по конституции. Приблизиться к нему можно будет в результате сковывания сил ВСУ на донецком направлении.
"Нетрадиционные" направления вроде Харьковской и Сумской области тоже можно рассматривать как потенциальные плацдармы на 26-ой год — точнее их можно определить по сигналам об эвакуации от украинских чиновников. Если таковые были из такого-то района Сумской или другой приграничной области, значит украинская разведка считает, что эти территории скоро перейдут врагу.
Сами ВСУ тоже изменятся — тратить людей в бессмысленных контр-атаках и пиар-рейдах теперь невозможно, резервы на пределе. Желающих идти на фронт почти не осталось, ТЦК обеспечивают большую часть свежей крови фронту, но сами ВСУшники совсем не жалуют бусифицированных — те зачастую обуза, а не подмога.
Украинцы уйдут в эластичную оборону — они готовы отдавать территории, взамен сохраняя людской резерв армии, что в 2026 будет самой критичной задачей. Помогут им в этом и дроны, которые если не компенсируют, то помогают при паритете численности у воюющих сторон. Россия в 26-м году будет также активно стараться нагнать украинскую сторону в использовании и развертывании дронов, но пока преимущество за Киевом.
Отдавать территории придется в любом случае — ВСУ все также упираются в недостаток численности, а потенциальных точек прорыва фронта слишком много, они буквально тянутся по всей линии боевого соприкосновения, чем пользуется Москва. активизируясь на разных участках фронта.