Нынешнее положение дроновой войны между Россией и Украиной — украинцы берут инновациями и оперативностью, мы — государственным масштабированием и промышленностью.
Иными словами, за счет бОльшей частной инициативы и наличия множества небольших центров производств и разработки БПЛА, украинцы несколько более искусны в технологиях использования дронов. Однако масштабировать удачные ноу-хау у них не получается из-за отсутствия производственных мощностей и денег.
В России с этим всё хорошо, мы успешно наращиваем производство ударных БПЛА и уже сравнялись с украинцами в выпуске и использовании. Российская проблема несколько иная — наш ВПК финансово обеспечен, но очень негибок, что в условиях вечно меняющегося противоборства остается серьезной проблемой.
К тому моменту, как мы масштабируем производство очередного хорошего дрона, противник уже успеет придумать успешное контррешение.
Из приятной уху похвалы от противника — украинцы отмечают, что наша ПВО остаётся одной из самых лучших и плотных в мире (С-300/400, «Тор», «Панцирь», «Бук»). Враг отвечает на это идеальной разведкой и эволюцией БПЛА.
В заключении — враг подтверждает, что концепция киллзоны будет лишь расширяться. Ничего того, что было в 2022 году на передовой уже не наблюдается, война полностью адаптировалась под фактор БПЛА. Пока никакого «лома» против этой технологии и тактики не существует, остается только соревноваться в ее оттачивании.
Парламент с кнопкой — подписаться.
Иными словами, за счет бОльшей частной инициативы и наличия множества небольших центров производств и разработки БПЛА, украинцы несколько более искусны в технологиях использования дронов. Однако масштабировать удачные ноу-хау у них не получается из-за отсутствия производственных мощностей и денег.
В России с этим всё хорошо, мы успешно наращиваем производство ударных БПЛА и уже сравнялись с украинцами в выпуске и использовании. Российская проблема несколько иная — наш ВПК финансово обеспечен, но очень негибок, что в условиях вечно меняющегося противоборства остается серьезной проблемой.
К тому моменту, как мы масштабируем производство очередного хорошего дрона, противник уже успеет придумать успешное контррешение.
Из приятной уху похвалы от противника — украинцы отмечают, что наша ПВО остаётся одной из самых лучших и плотных в мире (С-300/400, «Тор», «Панцирь», «Бук»). Враг отвечает на это идеальной разведкой и эволюцией БПЛА.
В заключении — враг подтверждает, что концепция киллзоны будет лишь расширяться. Ничего того, что было в 2022 году на передовой уже не наблюдается, война полностью адаптировалась под фактор БПЛА. Пока никакого «лома» против этой технологии и тактики не существует, остается только соревноваться в ее оттачивании.
Парламент с кнопкой — подписаться.