Организация получает требование о представлении документов [информации], которым на основании п.2 ст. 93.1 НК РФ, вне рамок налоговых проверок, наложка истребует документы документы и информацию.
А в конце требования вот такой пункт:
“в случае непредставления обоснования формирования налоговой базы по налогу на прибыль организаций, вы будете приглашены на заслушивание с участием представителей Следственного комитета Российской Федерации, Федеральной службы безопасности и Прокуратуры Российской Федерации”. Вспомнилось сразу:
Распространите среди жильцов нашего ЖЭКа!
- А если?... А...
- А если не будут брать - отключим газ!
Явное давление и запугивание. Заслушивание в столь уютной компании поставлено в зависимость от того, сочтет ли инспекция достаточным «обоснование формирования налоговой базы» или нет.
Понятно, что подобные надписи на заборе, извините, в требовании, неправомерны и явно выходят за рамки полномочий налогового инспектора, установленных специального для него НК РФ.
Но тут меня заинтересовало другое.
Представим [
сон автора телеграм-канала при температуре 40°], что наложку не устроили представленные налогоплательщиком обоснования формирования налоговой базы по налогу на прибыль и вот генерального директора организации вызвали на это заслушивание. Представили?
А теперь вопрос:
“А как быть с налоговой тайной?”
Налоговая тайна - это любые сведения о налогоплательщике, которые получены инспекцией и иными госорганами (п.1 ст. 102 НК РФ).
Например, о контрагентах и условиях сделок с ними, об остатках денег на счетах и депозитах, о способах налогового учета отдельных операций.
Сведения, которые содержатся в налоговой декларации, также являются налоговой тайной, как и любые другие сведения, которые предоставлены налоговому органу (
п. 1 ст. 102 НК РФ, Письмо ФНС России от 11.10.2019 N ЕД-4-1/20922@).
То есть сведения и документы, которые ранее налогоплательщик представил по требованию налоговому органу и которые будут обсуждаться на “заслушивании” -
очевидно являются налоговой тайной. В соответствии с п.п. 13 п. 1 ст. 21 НК РФ налогоплательщики имеют право на соблюдение и сохранение налоговой тайны,
а согласно п.п. 8 п.1 ст. 32 НК РФ на налоговые органы возложена обязанность по соблюдению налоговой тайны и обеспечению ее сохранения. То есть налоговый орган, намерен в присутствии сотрудников СК, ФСБ и прокуратуры заслушивать пояснения общества по существу его хозяйственной деятельности (обоснование формирования налоговой базы, взаимоотношения с конкретными контрагентами, показатели в налоговой отчетности и т.п.),
а это означает раскрытие сведений, составляющих налоговую тайну, третьим лицам вне процедур, предусмотренных НК РФ. Следственные органы прямо названы в ст. 102 НК РФ среди органов, которым в связи с исполнением полномочий могут стать известны сведения, составляющие налоговую тайну, но это не означает свободный доступ к налоговой тайне и не означает, что следователь СК России может присутствовать на таком заслушивании.
Передача СК России сведений, составляющих налоговую тайну, должна опираться на конкретное законное основание и быть связана с компетенцией следственного органа: например, с материалом доследственной проверки сообщения о преступлении, расследуемым уголовным делом и надлежаще оформленным запросом в пределах процессуальных полномочий.
ФСБ также не имеет “автоматического” права получить доступ к налоговой тайне только потому, что участвует в заслушивании. Для получения конкретных сведений необходимы предусмотренные законом полномочия и надлежащее основание, связанное с задачами ФСБ России.
Это может быть материал доследственной проверки, уголовное дело оперативное сопровождение которого осуществляет ФСБ России или запрос в налоговый орган.
У старшего помощника прокуратура тоже нет неограниченного права на получение сведений, составляющих налоговую тайну.
Прокурор вправе истребовать информацию при наличии надзорных оснований, то есть в рамках возложенных на прокурора функций, он должен направить в налоговый орган соответствующий запрос.
🔜