Деньги под подушкой Родины
Когда в России предлагают ограничить переводы мигрантов за рубеж объемом их официальной зарплаты, речь идёт, конечно, не о финансовой политике. Это чистая символическая экономика — такая же, как "традиционный ИИ" или "духовные скрепы". Мы снова имеем дело с законодательной куклой для народа — сувенирной репликой реальной политики, которую можно показать по телевизору и забыть в столе.
Логика инициативы от «Новых людей» до обидного знакома: «они» увозят деньги, «мы» теряем налоги, страна — стабильность. Формула простая, как кирзовый сапог. Мигрант с зарплатой в 40 тысяч, который отправил домой 70 — преступник. Видимо, в остальное время он живёт на обедах Госдумы. Но на деле большинство этих «избыточных» денег — это не теневые миллионы, а банальные чаевые, сдельщина, работа по второму кругу или кеш от работодателя, которому самим депутатам бояться впору: их-то и накроет, если начнут по-настоящему копать.
Главный вопрос — кто и как будет всё это проверять? У нас налоговая не успевает за «внутренними» самозанятыми, а тут предлагается развернуть финансовую экспертизу трудовых мигрантов в режиме «сканера на выходе». Если банк вдруг сочтёт перевод «подозрительным», мигрант должен будет... подать декларацию. Иначе говоря — выучить налоговое законодательство РФ, собрать документы от работодателей (которые в половине случаев и есть нарушители), написать объяснительную и надеяться, что СБ «Почта Банка» окажется человечнее Миграционной службы.
На практике это будет означать либо рост коррупции (плати, и перевод пройдёт), либо массовую недосылку денег семьям, которые и так зависят от этих трансфертов. Вывести в тень — значит, подвинуть людей ближе к криминалу. Очень устойчивый результат, особенно если вспомнить, как Россия изо всех сил хочет сохранять миграционный приток на фоне демографической ямы.
Но не стоит забывать о главном. Подобные законы работают не на экономику. Они работают на избирателя, которому надо показать, что власть что-то делает. Лучше всего — с мигрантами. Потому что бить по Сечину или по Газпрому страшно. А тут — безопасно, зрелищно и можно продать это как борьбу с «серым налом» и «угрозами национальной безопасности».
И всё бы ничего, если бы в этой истории хоть кто-то говорил о людях. Но нет — они снова статистика, графа в ведомости, строка в письме Эльвире Набиуллиной. Легко считать, когда не нужно видеть лицо того, кто эти деньги заработал.
Так что если эта инициатива и добьётся успеха, то только в одном: в искусстве мимикрии под госуправление. И в этом смысле — «Новые люди» вполне оправдывают своё название. Они действительно нового типа. Только не политического — театрального.
Когда в России предлагают ограничить переводы мигрантов за рубеж объемом их официальной зарплаты, речь идёт, конечно, не о финансовой политике. Это чистая символическая экономика — такая же, как "традиционный ИИ" или "духовные скрепы". Мы снова имеем дело с законодательной куклой для народа — сувенирной репликой реальной политики, которую можно показать по телевизору и забыть в столе.
Логика инициативы от «Новых людей» до обидного знакома: «они» увозят деньги, «мы» теряем налоги, страна — стабильность. Формула простая, как кирзовый сапог. Мигрант с зарплатой в 40 тысяч, который отправил домой 70 — преступник. Видимо, в остальное время он живёт на обедах Госдумы. Но на деле большинство этих «избыточных» денег — это не теневые миллионы, а банальные чаевые, сдельщина, работа по второму кругу или кеш от работодателя, которому самим депутатам бояться впору: их-то и накроет, если начнут по-настоящему копать.
Главный вопрос — кто и как будет всё это проверять? У нас налоговая не успевает за «внутренними» самозанятыми, а тут предлагается развернуть финансовую экспертизу трудовых мигрантов в режиме «сканера на выходе». Если банк вдруг сочтёт перевод «подозрительным», мигрант должен будет... подать декларацию. Иначе говоря — выучить налоговое законодательство РФ, собрать документы от работодателей (которые в половине случаев и есть нарушители), написать объяснительную и надеяться, что СБ «Почта Банка» окажется человечнее Миграционной службы.
На практике это будет означать либо рост коррупции (плати, и перевод пройдёт), либо массовую недосылку денег семьям, которые и так зависят от этих трансфертов. Вывести в тень — значит, подвинуть людей ближе к криминалу. Очень устойчивый результат, особенно если вспомнить, как Россия изо всех сил хочет сохранять миграционный приток на фоне демографической ямы.
Но не стоит забывать о главном. Подобные законы работают не на экономику. Они работают на избирателя, которому надо показать, что власть что-то делает. Лучше всего — с мигрантами. Потому что бить по Сечину или по Газпрому страшно. А тут — безопасно, зрелищно и можно продать это как борьбу с «серым налом» и «угрозами национальной безопасности».
И всё бы ничего, если бы в этой истории хоть кто-то говорил о людях. Но нет — они снова статистика, графа в ведомости, строка в письме Эльвире Набиуллиной. Легко считать, когда не нужно видеть лицо того, кто эти деньги заработал.
Так что если эта инициатива и добьётся успеха, то только в одном: в искусстве мимикрии под госуправление. И в этом смысле — «Новые люди» вполне оправдывают своё название. Они действительно нового типа. Только не политического — театрального.