Дело совершенно не в различиях между российской и французской пенсионными реформами. Уровень жизни тоже ни при чем. Все дело в глубоких традициях французского протеста. Корнями это уходит в 1968 год, после чего протесты во Франции происходят часто, регулярно и по самым разным поводам. Фермеры протестуют против американского фастфуда, французы против микроскопического роста цен на топливо и тд. Пенсионная реформа априори должна была повлечь протест.
В России нет традиции протеста, зато сложилась традиция проглатывать и молчаливо сносить тяготы. Нет и движущей силы протеста. Во Франции таковой является университетское сообщество и мигранты. В России мигранты в принципе отлучены от участия в политике, а университеты не являются сообществом.
В общем, насколько закономерен протест против пенсионной реформы во Франции, настолько закономерно его отсутствие в аналогичном случае в России.