Меня, как и других антикапиталистических левых, корежит и смешит такая постановка проблемы.
Вот здесь в хорошем политфилософском подкасте специально обученные люди с юмором разбирают эти идеи и называют их «соевым Шмиттом», указывая на то, что совершенно непонятно, чего Шанталь Муфф в итоге предлагает? Мы живем в либеральной демократии, где политика толерантна и к капиталистам, и (все чаще) к фашистам. Можете выходить на публичную арену и спорить с ними об истине, а потом опускать бюллетень в урну за любимых кандидатов. Иного горизонта Муфф не задает.
Идеи Муфф и Лакло были на пике популярности после глобальной рецессии, когда их взяли на вооружение левые популисты и социальные движения (некоторые из них оформились в новые политические партии). Эту остановку левые в глобальном масштабе уже проехали и проанализировали итоги в разной литературе и публицистике. В Европе самое большое напоминание об этой стратегии, пожалуй, — влияние левых популистов на испанских социал-демократов и Педро Санчеса. Что этап уже пройден — это в тексте РадДема, кстати, отмечается, но непонятно, почему в 2026 году кто-то пытается по инерции ехать на том же теоретическом багаже (который всегда был сомнительным).
Несмотря на дежурные ссылки на демократические эксперименты в текстах РД (вроде Рожавы и Альенде), тексты в основном евроцентричны. Причем евроцентризм этот сплошняком состоит из скучных, иногда — неактуальных клише (Франция, Германия, Ле Пен, АдГ, Трамп, Рейган-Тэтчер, неолиберализм, неолиберализм, неолиберализм, подлечить идеями Пикетти, еще одна ссылка на Пикетти, еще одна ссылка на Пикетти...).
Ощущение, что анонимные авторы текстов просто не следят за левой политической и интеллектуальной сценой в последние 7-10 лет. А мы точно все еще живем в неолиберализме? Вообще говоря, на этот счет есть большие дискуссии. А в Европе точно больше нет актуальных практических примеров для левых? В Бельгии прямо сейчас в парламенте и местной политике успешно действует крупная марксистская партия, например.
Не очень понятно, для кого написаны эти тексты? Почему они анонимны? Забавно выглядит и само приглашение к дискуссии. Это как бы публичный разговор, но вести его рекомендуют в комментах на Сигме или писать РадДему на почту. Публичность, но такая, чтобы никто не увидел! Зато в какие-нибудь отчеты и презентации можно добавить как «публикацию программных текстов», понимаете. И так у вас во всем, ребята, по моим внутренним и внешним наблюдениям.
P.S. (большое). На самом деле, к «левому Шмитту» можно относиться по-разному (хотя сочетание и звучит как оксюморон для многих традиционных левых). Разделение на «друзей и врагов», наверное, может быть необходимым элементом политики, если конечной станцией вы называете революцию и некий учредительный момент, когда вам нужно «газовать» за народный суверенитет. Но это не про пару Лакло-Муфф, а скорее про другого теоретика — Андреаса Каливаса. Основной практический вдохновитель радикальной демократии на русском, Саша Замятин, отстранился от тусовки «радикальной демократии» и, судя по его тг-каналу, теперь «торчит» как раз на Каливасе и учредительном моменте.
Но радикальная демократия российского разлива, на мой взгляд, является антимарксистской еще в одном измерении — в своем отрицании абсолютной левой классики, связанной с публичной работой. Раддемовцы протаскивают под видом некоего здравого левого смысла (безумное) утверждение о том, что левые не должны всерьез заниматься словами/агитацией/пропагандой/медиа. Мол, мы ждем учредительного момента, когда политическое придет в нашу жизнь по-настоящему, и вот тогда-то можно будет обсудить все всерьез — в конкретных ПРАКТИЧЕСКИХ обстоятельствах.
Больше всего меня коробит, когда этому искусственному разделению теории и практики придают какой-то внешний марксистский пафос. Где это написано и на что опирается — загадка. Поколения левых вот уже третий век подряд занимаются прямо противоположным — анализом, теоретической и медийной работой независимо от того, можно прямо сейчас выйти на баррикады или нет.
(продолжение ниже)
