Министр и журналист. Часть1.
Разлетевшееся недавно по сети видео короткого интервью с министром энергетики Сергеем Цивилевым стало ещё одним доказательством того, как важно публичным чиновникам уметь общаться с журналистами. Публичность обязывает всегда быть готовым к тому, что можешь оказаться в объективе видеокамеры в любой момент, и не дать застать себя врасплох.
Остался один месяц до выборов. Когда-то я работала на предвыборных кампаниях как тренер по публичному выступлению. Проведу разбор этого эпизода, как на тренинге. Далее будут сокращения «М» и «Ж», где «М»- это министр, а «Ж» - журналист.
Ж: Что с заправками? Когда бензин вернётся?
М: Без комментариев.
В подобных ситуациях «без комментариев» означает «не хочу говорить/не твоё дело/отстань». Такой ответ уместен из уст артиста, которого подкараулили после концерта с вопросом о том, почему он бросил свою вторую жену. Артист имеет полное право так сказать, т.к. публика ему платит за песни, а его личная жизнь никого не касается, хочет рассказывает, хочет - нет. Чиновник может так ответить только в случае, когда он вышел с закрытого совещания, а его спрашивают «что там было?»
В данном случае вопрос задан исключительно по теме прямой компетенции министра и касался серьёзной насущной проблемы, которая волнует любого человека в стране. Но любой человек не может задать такой вопрос министру, т.к. он его никогда не встретит. А журналист может, на то он и допущен в особые коридоры. Поэтому журналист здесь задаёт вопрос от имени всех обычных людей, можно сказать, это вопрос от народа. Ответ «без комментариев» в этой ситуации интерпретируется как «не считаю нужным разговаривать с народом и ничего ему объяснять» . Такой ответ вызывает естественное возмущение. Что мы и видим по реакции журналиста.
Ж: Но у нас очереди по часу! Вы сами-то спокойно заправляетесь?
Т.е. он говорит – как можно не реагировать на такую проблему? Вы такой же гражданин, как все, или Вы вне системы? Это вопрос – вызов социальной справедливости. Почему все люди страдают, а ответственного министра это не волнует?
М: Дизель есть везде. Я на дизеле езжу.
В данном контексте это означает «да, я не вижу проблему, и меня это не волнует». С подобной фразой можно вполне войти в историю наравне с Марией-Антуанеттой, предложившей беднякам есть пирожные вместо хлеба. По разным оценкам в России легковых машин на дизеле всего 1-2%.
Ж: А у меня машина на бензине. Вот неудача.
Это вопрос – а что же делать простым людям, которые не являются избранными и которых 98%? Надо отдать должное журналисту, постарался сгладить ситуацию шуткой.
М: Бензин есть везде на заправках… Правда очереди, согласен. Но мы активно работаем…
Т.е. проблема опять сначала отрицается, но потом всё-таки признаётся. Конкретный ответ так и не дан.
❗️Итак, из трёх выстрелов 2 мимо мишени и 1 в молоко.
В следующем посте расскажу, что можно было бы сделать по-другому.
Поток сознания
Читать в МАХ
Разлетевшееся недавно по сети видео короткого интервью с министром энергетики Сергеем Цивилевым стало ещё одним доказательством того, как важно публичным чиновникам уметь общаться с журналистами. Публичность обязывает всегда быть готовым к тому, что можешь оказаться в объективе видеокамеры в любой момент, и не дать застать себя врасплох.
Остался один месяц до выборов. Когда-то я работала на предвыборных кампаниях как тренер по публичному выступлению. Проведу разбор этого эпизода, как на тренинге. Далее будут сокращения «М» и «Ж», где «М»- это министр, а «Ж» - журналист.
Ж: Что с заправками? Когда бензин вернётся?
М: Без комментариев.
В подобных ситуациях «без комментариев» означает «не хочу говорить/не твоё дело/отстань». Такой ответ уместен из уст артиста, которого подкараулили после концерта с вопросом о том, почему он бросил свою вторую жену. Артист имеет полное право так сказать, т.к. публика ему платит за песни, а его личная жизнь никого не касается, хочет рассказывает, хочет - нет. Чиновник может так ответить только в случае, когда он вышел с закрытого совещания, а его спрашивают «что там было?»
В данном случае вопрос задан исключительно по теме прямой компетенции министра и касался серьёзной насущной проблемы, которая волнует любого человека в стране. Но любой человек не может задать такой вопрос министру, т.к. он его никогда не встретит. А журналист может, на то он и допущен в особые коридоры. Поэтому журналист здесь задаёт вопрос от имени всех обычных людей, можно сказать, это вопрос от народа. Ответ «без комментариев» в этой ситуации интерпретируется как «не считаю нужным разговаривать с народом и ничего ему объяснять» . Такой ответ вызывает естественное возмущение. Что мы и видим по реакции журналиста.
Ж: Но у нас очереди по часу! Вы сами-то спокойно заправляетесь?
Т.е. он говорит – как можно не реагировать на такую проблему? Вы такой же гражданин, как все, или Вы вне системы? Это вопрос – вызов социальной справедливости. Почему все люди страдают, а ответственного министра это не волнует?
М: Дизель есть везде. Я на дизеле езжу.
В данном контексте это означает «да, я не вижу проблему, и меня это не волнует». С подобной фразой можно вполне войти в историю наравне с Марией-Антуанеттой, предложившей беднякам есть пирожные вместо хлеба. По разным оценкам в России легковых машин на дизеле всего 1-2%.
Ж: А у меня машина на бензине. Вот неудача.
Это вопрос – а что же делать простым людям, которые не являются избранными и которых 98%? Надо отдать должное журналисту, постарался сгладить ситуацию шуткой.
М: Бензин есть везде на заправках… Правда очереди, согласен. Но мы активно работаем…
Т.е. проблема опять сначала отрицается, но потом всё-таки признаётся. Конкретный ответ так и не дан.
❗️Итак, из трёх выстрелов 2 мимо мишени и 1 в молоко.
В следующем посте расскажу, что можно было бы сделать по-другому.
Поток сознания
Читать в МАХ