Владимир Путин подписал закон о создании в России цифрового сервиса, включающего функции национального мессенджера.
Национальный мессенджер MAX находится на развилке, и выбор пути напрямую влияет не столько на него самого, сколько на судьбу Telegram в России. Поскольку у нового отечественного продукта есть лишь два пути — прямая конкуренция, либо протекция со стороны государства.
В рамках первого сценария, с высокой долей вероятности, MAX останется узкоспециализированным продуктом для чиновников и сотрудников госкорпораций, малоинтересным пользователю за пределами этих сфер. Туда будут перемещать общедомовые чаты и другие сервисы окологосударственной коммуникации для стимулирования трафика. В ход пойдёт всё. Однако полноценную конкуренцию составить удастся едва ли.
Второй путь — блокировка Telegram и принудительное переселение аудитории в национальный мессенджер. В этом случае исход аудитории не будет мгновенным. Особенно упрямая часть продолжит пользоваться привычным мессенджером, даже если для этого придётся использовать обходные пути. И дальнейшие перспективы в любом случае остаются крайне сомнительными.
Единственный способ реально сделать продукт востребованным — сделать его конкурентоспособным. Однако практика показывает, что отечественным цифровым сервисам идти по этому пути крайне тяжело. Достаточно взглянуть на RuTube и VK Видео, которые, несмотря на колоссальные усилия, по-прежнему проигрывают заблокированному YouTube по количеству аудитории.
VK Group, которая разрабатывает Max, пытается конкурировать с американским видеохостингом, однако успехи получается зафиксировать лишь с большой натяжкой. Борьба с Telegram будет не менее напряженной. Сам факт того, что Владимиру Кириенко и группе Ковальчуков удалось провести решение о создании на базе подконтрольного холдинга национального мессенджера — уже успех. Но сделать этот продукт действительно конкурентноспособным русским аналогом We Chat может стать трудновыполнимой задачей.
@Preemnik