Российская пшеница вышла на максимум с августа 2025 года — $238–240 за тонну, прибавив $4 за неделю. Аналогичная динамика наблюдается и у стран-конкурентов. Катализатор — скачок цен на углеводороды: производство пшеницы энергоёмко и напрямую зависит от стоимости топлива и азотных удобрений. Мировая конъюнктура уже транслируется внутрь страны: российские мукомолы и животноводы готовы платить за зерно больше.
Свои дивиденды от ближневосточного кризиса получают вице-премьер Дмитрий Патрушев и глава Минсельхоза Оксана Лут. Рост внешних цен напрямую увеличивает экспортную выручку российских агрохолдингов — а значит, и налоговые поступления в бюджет, что добавляет политических очков курирующему блоку. Параллельно подтягиваются внутренние закупочные котировки, что создаёт стимул для наращивания посевных площадей и инвестиций в урожай следующего сезона. Для сектора АПК это редкое окно возможностей.
@Preemnik
Свои дивиденды от ближневосточного кризиса получают вице-премьер Дмитрий Патрушев и глава Минсельхоза Оксана Лут. Рост внешних цен напрямую увеличивает экспортную выручку российских агрохолдингов — а значит, и налоговые поступления в бюджет, что добавляет политических очков курирующему блоку. Параллельно подтягиваются внутренние закупочные котировки, что создаёт стимул для наращивания посевных площадей и инвестиций в урожай следующего сезона. Для сектора АПК это редкое окно возможностей.
@Preemnik