Итак, висящие в воздухе вопросы спустя два дня после Крокуса:
1. Заказчик преступления. Исполнители задержаны, вопрос в том, какие показания они дадут и как силовики смогут размотать всю цепочку. Судя по словам Президента, версия, что конечным бенефициаром теракта были украинские спецслужбы, будет разрабатываться в первую очередь.
2. Иные версии остаются менее предпочтительным с политической точки зрения. Нет сейчас свободных ресурсов, чтобы развязывать новую широкомасштабную спецоперацию против ИГИЛ.
3. Вопрос капитализации поддержки. Теракт вызвал всеобщую поддержку со всего мира, это уникальный шанс и вопрос в том, во что сможет Россия эту поддержку конвертировать?
4. Возобновившиеся внутриэлитные конфликты. Различные политические игроки второго и третьего эшелона пытаются сыграть на теракте.
- Резкий рост теневой бизнес-конкуренции. Одни атакуют семью владельцев Крокуса Агаларовых. Те достаточно эффективно отбиваются, но давление усиливается. И это еще не проснулись многочисленные лоббисты, которые с понедельника присоединятся к увлекательной игре "порешай свои проблемы на фоне посттерактной ситуации".
- Обострение межгрупповой конкуренции. Было уже несколько попыток (неудачных) нанести удар по позициям группы Кадырова-Золотова, возложить ответственность за те или иные недоработки на Росгвардию. Скорее всего будут и попытки подпортить жизнь Андрею Воробьеву, как представителю группы Шойгу, или Сергею Собянину.
- Проблема миграционной политики. Строительные компании как флагман, а торговые и логистические, как их младшие партнеры, заводят ситуацию в тупик. Они снижают свои издержки за счет дешевой рабочей силы, но в разы увеличивают издержки бюджета и общества, которое вынуждено оплачивать последствия слабого контроля за мигрантами.
- Наконец, вопрос о смертной казни. Ее сторонники запускают соответствующую дискуссию. Впереди будет сложный момент, когда всех участников признают виновными. Даже пожизненное заключение в глазах общественности и родственников погибших будет выглядеть ультрамягким. И руководству страны придется искать способы преодолеть этот кризис.
5. Кто бы не был в итоге объявлен заказчиком теракта, в полный рост встает вопрос о действиях политического руководства и силовых ведомств для обеспечения безопасности граждан. Нет совершенно никаких причин считать, что это последний теракт. Как страна будет от них защищаться? Поставить около каждого ТРЦ росгвардейцев с оружием? Так Росгвардия уже отказалась от аналогичной идеи после брянского скулшутинга - не хватает сил и средств.
6. Наконец, самый главный вопрос: как теракт отразится на кадровых ротациях, которые еще предстоит провести после выборов Президента. Ротации должны зафиксировать изменившийся баланс сил элитных групп. Теракт ломает сразу несколько кадровых цепочек, в которые включены силовики. Велик риск, что в итоге ротации пойдут не по плану, часть групп получат слишком мало, другие - слишком много и все останутся недовольны новой конфигурацией. Что чревато проблемами в будущем.
@Preemnik
1. Заказчик преступления. Исполнители задержаны, вопрос в том, какие показания они дадут и как силовики смогут размотать всю цепочку. Судя по словам Президента, версия, что конечным бенефициаром теракта были украинские спецслужбы, будет разрабатываться в первую очередь.
2. Иные версии остаются менее предпочтительным с политической точки зрения. Нет сейчас свободных ресурсов, чтобы развязывать новую широкомасштабную спецоперацию против ИГИЛ.
3. Вопрос капитализации поддержки. Теракт вызвал всеобщую поддержку со всего мира, это уникальный шанс и вопрос в том, во что сможет Россия эту поддержку конвертировать?
4. Возобновившиеся внутриэлитные конфликты. Различные политические игроки второго и третьего эшелона пытаются сыграть на теракте.
- Резкий рост теневой бизнес-конкуренции. Одни атакуют семью владельцев Крокуса Агаларовых. Те достаточно эффективно отбиваются, но давление усиливается. И это еще не проснулись многочисленные лоббисты, которые с понедельника присоединятся к увлекательной игре "порешай свои проблемы на фоне посттерактной ситуации".
- Обострение межгрупповой конкуренции. Было уже несколько попыток (неудачных) нанести удар по позициям группы Кадырова-Золотова, возложить ответственность за те или иные недоработки на Росгвардию. Скорее всего будут и попытки подпортить жизнь Андрею Воробьеву, как представителю группы Шойгу, или Сергею Собянину.
- Проблема миграционной политики. Строительные компании как флагман, а торговые и логистические, как их младшие партнеры, заводят ситуацию в тупик. Они снижают свои издержки за счет дешевой рабочей силы, но в разы увеличивают издержки бюджета и общества, которое вынуждено оплачивать последствия слабого контроля за мигрантами.
- Наконец, вопрос о смертной казни. Ее сторонники запускают соответствующую дискуссию. Впереди будет сложный момент, когда всех участников признают виновными. Даже пожизненное заключение в глазах общественности и родственников погибших будет выглядеть ультрамягким. И руководству страны придется искать способы преодолеть этот кризис.
5. Кто бы не был в итоге объявлен заказчиком теракта, в полный рост встает вопрос о действиях политического руководства и силовых ведомств для обеспечения безопасности граждан. Нет совершенно никаких причин считать, что это последний теракт. Как страна будет от них защищаться? Поставить около каждого ТРЦ росгвардейцев с оружием? Так Росгвардия уже отказалась от аналогичной идеи после брянского скулшутинга - не хватает сил и средств.
6. Наконец, самый главный вопрос: как теракт отразится на кадровых ротациях, которые еще предстоит провести после выборов Президента. Ротации должны зафиксировать изменившийся баланс сил элитных групп. Теракт ломает сразу несколько кадровых цепочек, в которые включены силовики. Велик риск, что в итоге ротации пойдут не по плану, часть групп получат слишком мало, другие - слишком много и все останутся недовольны новой конфигурацией. Что чревато проблемами в будущем.
@Preemnik