Игры, которые бесят
1.
Monopoly (1935, Parker Brothers)
По независимым опросам именно Монополия сохраняет лидерство по количеству ссор во время партии.
Hasbro даже не скрывает этой репутации: после опроса, показавшего, что 51% партий в «Монополию» заканчиваются спором, компания открыла в Великобритании рождественскую горячую линию специально для семей, разругавшихся над доской.
Главная причина конфликтов: «правила, придумываемые по ходу». Близкие конкуренты «Монополии» - Uno, Risk, Diplomacy и Settlers of Catan. Но именно «Монополия» сохраняет уникальное сочетание: длинная (3–4 часа), агрессивно-экономическая, с встроенным механизмом банкротства, и при этом - главный «семейный» бренд, который британцы достают из шкафа на каждое Рождество.
2.
Diplomacy (1959, Аллан Кэлхэмер)
Семь игроков представляют европейские державы накануне Первой мировой; никаких кубиков (единственный рандом - распределение стран между участниками), всё решается переговорами и записками с тайными приказами. Чтобы выиграть, нужно договариваться с союзниками и в нужный момент их предавать.
Diplomacy печально известна тем, что разрушает дружбу: она требует от игроков сознательного согласия на манипулирование друг другом. Игра настолько хорошо моделирует социальное предательство, что её используют как датасет в академических исследованиях по компьютерной лингвистике - алгоритмы пытаются предсказывать момент предательства между «союзниками» по их же переписке.
Известно, что в разное время поклонниками игры были Генри Киссинджер, Джон Кеннеди, Рей Бредбери, Айзек Азимов и Оливер Стоун
3.
Risk (1957, Альбер Ламорис)
«Дедушка» военных стратегий. Партия длится 4–8 часов, кубики решают исход сражений (обиды на «несправедливость генератора случайных чисел» здесь - обязательная часть игры), а один игрок в большинстве партий «убивается» первым и потом часами скучает, наблюдая, как остальные продолжают воевать.
Сочетание длительности, элемента случайности и неустранимого kingmaking-эффекта (кто кому помог в финале, тот и определяет победителя) делает Risk стабильным источником семейных и студенческих ссор. В классических списках «настолок, разрушающих дружбу» Risk обычно идёт сразу за Diplomacy.
4.
Flappy Bird (2013, Dong Nguyen)
Почти гарантированный провал через несколько секунд игры. Главная причина бешенства - эффект «near-miss»: у тебя постоянно "почти" получается, и это, по психологическим механизмам, ближе к игровым автоматам, чем к платформерам. Многие пользователи рассказывали о бессонных ночах, отвлечении от работы и фрустрации от несправедливости игры; некоторые удаляли её несколько раз, чтобы тут же переустановить - паттерн, похожий на поведение при игровой зависимости.
История Flappy Bird завершилась беспрецедентно. Игра была скачана более 50 миллионов раз и стала самой популярной мобильной игрой 2014 года. Создатель Донг Нгуен сказал: «Я могу назвать Flappy Bird своим успехом. Но она же разрушила мою простую жизнь. Так что теперь я её ненавижу» - и в феврале 2014-го убрал её из магазинов приложений. После этого устройства с уже установленной Flappy Bird выставлялись на eBay за тысячи долларов.
Естественно, сейчас есть
куча аналогов5.
Dark Souls (2011, FromSoftware) и в целом soulslike-серия
В отличие от Flappy bird, Dark Souls бесит не "нечестностью", а беспощадностью к ошибке. Один промах - и вы теряете накопленные «души» (валюту и опыт), и должны добежать обратно до места смерти, чтобы их вернуть; умрёте по пути - теряете всё навсегда и часы игры - в трубу. В обзорах с тегом "Dark Souls Rage" можно найти огромное количество разбитых клавиатур и сгоревших в реактивном пламени стульев
Парадокс в том, что серия (Dark Souls 1–3, Bloodborne, Sekiro, Elden Ring) одновременно - одна из самых высокооценённых в истории жанра, и фанаты любят её именно за эту боль. Sekiro особо известна тем, что не позволяет «легально» снизить сложность: Activision и FromSoftware принципиально не добавили в неё «лёгкого режима», что породило отдельную медиа-дискуссию в 2019 году.
Вступить в игру ➡️
GG | Gourmix Games
