В анализе неравной встречи Байдена и Путина важный аспект в том, что В.В.Путин был в позиции слабого, и это было понятно сразу. И конечно же это понимал Путин. Тем не менее Владимир Владимирович почему-то пошёл на эту встречу. Важный аспект также заключается в том, что если бы эта встреча была бы по вопросу Украины, то есть если бы эта встреча была бы входом Байдена в участие ранее актуального так называемого "нормандского" формата (Германия - Россия - Украина - Франция), и это было бы логично вследствие недавней эскалации у границ Украины и роли США в деэскалации через введение национальной чрезвычайной ситуации в отношении России, вышеуказанный аспект был бы неважен. Действительно, да какая разница участвует ли Путин с позиции силы или слабости, если встреча по Донбассу, где есть интересы России? Никакой. Пусть встречается Путин хоть со змеем горынычем, имея только деревянную сабельку, если дело-то правое, куда деваться, надо драться, встречаться, говорить, куда деваться? По крайней мере можно тут думать, что дело правое — безусловно, оговорок много. Но вот только эта встреча в Женеве не была такой; она не была вокруг Украины, и не была заходом Байдена в нормандский формат. Просто у Путина не было другого выхода, кроме как ехать в Женеву. Игру диктовал Байден.

Формулируя смыслы, Проект Кино