Алексей Кущ считает, что с учётом недобора налогов и обязательных выплат денег на IV квартал украинскому бюджету уже не хватает. Это накладывается на военную потребность, которую Киев пока не может закрыть собственными доходами.
⠀
Дыра около $27 млрд была видна ещё в конце августа: часть будущих расходов Михаил Фёдоров перенёс вперёд ради дронной кампании. Теперь к этой межвременной ставке добавляется просадка налоговых поступлений. Значит, проблема конца года — не только наследство Фёдорова, а более широкий разрыв между стоимостью войны и доходной базой.
⠀
На этом фоне его признание, что он отказывал Генштабу в дополнительных 122- и 152-мм снарядах и тяжёлой бронетехнике, читается иначе. Это был не только спор о модели армии: Минобороны решало, на что потратить последнюю доступную гривну — на дополнительный запас традиционных систем или на дроны, дальнобойность и дешёвую мобильность.
⠀
Чем меньше собственных доходов, тем меньше у Киева свободы самому задавать эту пропорцию. Дефицит закрывается европейскими деньгами, а вместе с ними приходят требования к аудиту, приоритетам и результатам. Внешняя помощь начинает определять не только сколько Украина может воевать, но и какой армией.
⠀
Теперь тест — структура закупок после Фёдорова. Если при дефиците Минобороны вернёт крупные закупки советских калибров и тяжёлой техники, Генштаб действительно вернул себе влияние на распределение ресурса. Если дроны и дешёвая мобильность сохранят приоритет, Фёдоров мог проиграть персонально, но его модель окажется закреплена самой бюджетной математикой.
⠀
Психоистория #Украина
⠀
Дыра около $27 млрд была видна ещё в конце августа: часть будущих расходов Михаил Фёдоров перенёс вперёд ради дронной кампании. Теперь к этой межвременной ставке добавляется просадка налоговых поступлений. Значит, проблема конца года — не только наследство Фёдорова, а более широкий разрыв между стоимостью войны и доходной базой.
⠀
На этом фоне его признание, что он отказывал Генштабу в дополнительных 122- и 152-мм снарядах и тяжёлой бронетехнике, читается иначе. Это был не только спор о модели армии: Минобороны решало, на что потратить последнюю доступную гривну — на дополнительный запас традиционных систем или на дроны, дальнобойность и дешёвую мобильность.
⠀
Чем меньше собственных доходов, тем меньше у Киева свободы самому задавать эту пропорцию. Дефицит закрывается европейскими деньгами, а вместе с ними приходят требования к аудиту, приоритетам и результатам. Внешняя помощь начинает определять не только сколько Украина может воевать, но и какой армией.
⠀
Теперь тест — структура закупок после Фёдорова. Если при дефиците Минобороны вернёт крупные закупки советских калибров и тяжёлой техники, Генштаб действительно вернул себе влияние на распределение ресурса. Если дроны и дешёвая мобильность сохранят приоритет, Фёдоров мог проиграть персонально, но его модель окажется закреплена самой бюджетной математикой.
⠀
Психоистория #Украина