Как-то задел меня пост Сладкова об информационном освещении возврата военнопленных.
Александра Валерьевича я искренне уважаю и горжусь личным знакомством с ним: в начале 2000-х, когда я был первокурсником и сырым корреспондентом информагентства в Душанбе, с ним меня познакомила Галина Ивановна Гриднева - один из немногих оставшихся "динозавров" советской и постсоветской журналистики в ЦА-регионе.
Но признаюсь: задел пост, неприятно задел. Со всем согласен, кроме одного момента, цитата:
Глаз споткнулся именно на этой выделенной фразе: "исключение тем, кто попал в беспамятстве".
Да, мы все с вами знаем примеры, когда парни предпочитали уходить из рук плена подорвав себя или пустив пулю в лоб. Увы, но интернет полон такого рода видео "благодаря" украинским дронам-наблюдателям.
Но имеет ли право гражданское общество от военных требовать такой исход от каждого военного?
Если мы говорим об исключениях - значит все прочее мы возводим в правило, в обязанность.
Обязан ли военный пустить себе пулю в лоб, когда его в накат отправили не снабдив полным БК и не проведя предварительный артналет?
Обязан ли военный устроить самоподрыв, если позицию вынесли дронами, а она даже оборудована не была защитой, потому что базовые сети - волонтеры закупают и привозят?
Обязан ли боец штурмового отряда идти с лопаткой наперевес в атаку, если из штурмовых подразделений де-факто сделали своеобразный "штрафбат", куда нередко буквально ссылают?
Можно долго продолжать этот ряд. Уверен, что Александр Валерьевич и сам знает о многих проблемах. Тем удивительнее фраза об исключении.
Если боец сдался не расстреляв боекомплект - да, это вызывает вопросы. Если боец сдался перебежав - тут и вопрос нет, однозначно виновен. Если боец сам сдался и обнажил фланг, благодаря чему соседнюю позицию хохлы "накрыли" задвухсотив всех там - тоже обсуждению не подлежит.
Но вот так вот огульно всех разом под одну гребенку? Ситуации ведь разные бывают. От друзей с передовой я неоднократно слышал, что "страшно, каждый раз, брат, страшно, но идем".
Могу ли я их судить за страх, проживая в Москве? Даже права не имею такого.
Могу ли я осудить их, если вдруг попадут в плен, вместо того, чтобы пулю себе пустить в лоб? Даже права не имею такого - я не подставляю изо дня в день свою жизнь под удары дронов на передовой.
О причинах сдачи в плен должны разбираться органы. Как работает система фильтрации - я видел на примере беженцев в ПВР, все тщательно. Уверен, что и с парнями из частей все также происходит.
А вот что касается встречи и информационного освещения - однозначно надо. Только у меня, рядового волонтера, за последний месяц было три обращения с просьбой навести справки по пропавшим бойцам. Везде одна и та же фраза: "Военкомат разводит руками, а в/ч молчат". В ситуации, когда "в в/ч молчат" - рост панических слухов неизбежен, как и рост недовольства среди родственников без вести пропавших солдат. Это поистине "питательная среда" для врага: настроить объятых горем и неизвестностью родственников - можно против чего и кого угодно. Как и воспользоваться их беспомощностью.
Любое освещение работы по возврату пленных - БОЛЬШОЙ ПЛЮС ДЛЯ ГОСУДАРСТВА! Это яркий показатель, что работа не стоит, что она идет. Это надежда для родителей, жен и детей, что их близкий однажды также вернется.
И искренне надеюсь, что работа в этом направлении не прекратится. Парни должны вернуться домой. Невиновные - к родственникам, виновные - на суд.
Но домой.
#БанкаДжема
#ВолонтерСВО
#МыслиИзБанки
Александра Валерьевича я искренне уважаю и горжусь личным знакомством с ним: в начале 2000-х, когда я был первокурсником и сырым корреспондентом информагентства в Душанбе, с ним меня познакомила Галина Ивановна Гриднева - один из немногих оставшихся "динозавров" советской и постсоветской журналистики в ЦА-регионе.
Но признаюсь: задел пост, неприятно задел. Со всем согласен, кроме одного момента, цитата:
Пленных всем обеспечить, но героями делать не надо. Исключение тем, кто попал в беспамятстве, бившись до конца.
Глаз споткнулся именно на этой выделенной фразе: "исключение тем, кто попал в беспамятстве".
Да, мы все с вами знаем примеры, когда парни предпочитали уходить из рук плена подорвав себя или пустив пулю в лоб. Увы, но интернет полон такого рода видео "благодаря" украинским дронам-наблюдателям.
Но имеет ли право гражданское общество от военных требовать такой исход от каждого военного?
Если мы говорим об исключениях - значит все прочее мы возводим в правило, в обязанность.
Обязан ли военный пустить себе пулю в лоб, когда его в накат отправили не снабдив полным БК и не проведя предварительный артналет?
Обязан ли военный устроить самоподрыв, если позицию вынесли дронами, а она даже оборудована не была защитой, потому что базовые сети - волонтеры закупают и привозят?
Обязан ли боец штурмового отряда идти с лопаткой наперевес в атаку, если из штурмовых подразделений де-факто сделали своеобразный "штрафбат", куда нередко буквально ссылают?
Можно долго продолжать этот ряд. Уверен, что Александр Валерьевич и сам знает о многих проблемах. Тем удивительнее фраза об исключении.
Если боец сдался не расстреляв боекомплект - да, это вызывает вопросы. Если боец сдался перебежав - тут и вопрос нет, однозначно виновен. Если боец сам сдался и обнажил фланг, благодаря чему соседнюю позицию хохлы "накрыли" задвухсотив всех там - тоже обсуждению не подлежит.
Но вот так вот огульно всех разом под одну гребенку? Ситуации ведь разные бывают. От друзей с передовой я неоднократно слышал, что "страшно, каждый раз, брат, страшно, но идем".
Могу ли я их судить за страх, проживая в Москве? Даже права не имею такого.
Могу ли я осудить их, если вдруг попадут в плен, вместо того, чтобы пулю себе пустить в лоб? Даже права не имею такого - я не подставляю изо дня в день свою жизнь под удары дронов на передовой.
О причинах сдачи в плен должны разбираться органы. Как работает система фильтрации - я видел на примере беженцев в ПВР, все тщательно. Уверен, что и с парнями из частей все также происходит.
А вот что касается встречи и информационного освещения - однозначно надо. Только у меня, рядового волонтера, за последний месяц было три обращения с просьбой навести справки по пропавшим бойцам. Везде одна и та же фраза: "Военкомат разводит руками, а в/ч молчат". В ситуации, когда "в в/ч молчат" - рост панических слухов неизбежен, как и рост недовольства среди родственников без вести пропавших солдат. Это поистине "питательная среда" для врага: настроить объятых горем и неизвестностью родственников - можно против чего и кого угодно. Как и воспользоваться их беспомощностью.
Любое освещение работы по возврату пленных - БОЛЬШОЙ ПЛЮС ДЛЯ ГОСУДАРСТВА! Это яркий показатель, что работа не стоит, что она идет. Это надежда для родителей, жен и детей, что их близкий однажды также вернется.
И искренне надеюсь, что работа в этом направлении не прекратится. Парни должны вернуться домой. Невиновные - к родственникам, виновные - на суд.
Но домой.
#БанкаДжема
#ВолонтерСВО
#МыслиИзБанки