Репост из: Платформа | Социальное проектирование
Деталь дня
Постоянное и вызывающее снобистскую иронию внимание российского общества к американской политической хронике (за несколько дней мощный разбег от уха Трампа до колоритной фигуры кандидата в вице-президенты) - симптоматика смещенного и размытого локуса ответственности.
В русском культурном коде у политической истории есть смысл и центр управления, автономный от самого гражданина. Но этот центр динамичен и сложен, его модель тяготеет к бинарности: должна быть фигура внутри и фигура снаружи, ответственность как бы распределена между ними. Из этого следует две традиции толкований: свести эти центры к конкретным фигурам лидеров или воспринимать сами фигуры в виде ширм для «сил» и «кругов».
Как бы то ни было, внутреннему центру нужен внешний спарринг-партнер, смысл всего происходящего определяется пляской теней - медийным отражением их игры, по отношению к которой все остальные фигуры вторичны. Игровой элемент не менее важен: поскольку сам субъект себя в качестве участника не воспринимает, он видит все происходящее как постановку в театре, на которую удалось поймать билет. Поэтому шекспировская фраза про мир как театр пользуется у нас такой популярностью. А то, что второй главный персонаж в пьесе - представитель экономически наиболее сильной страны мира, говорит об уровне самооценки: оказаться на сцене с другими фигурами было бы даже унизительно. Отсюда, кстати, нежелание впускать в постановку китайского лидера - особого места в национальном самосознании ему пока не нашлось.
#ДетальДня
Постоянное и вызывающее снобистскую иронию внимание российского общества к американской политической хронике (за несколько дней мощный разбег от уха Трампа до колоритной фигуры кандидата в вице-президенты) - симптоматика смещенного и размытого локуса ответственности.
В русском культурном коде у политической истории есть смысл и центр управления, автономный от самого гражданина. Но этот центр динамичен и сложен, его модель тяготеет к бинарности: должна быть фигура внутри и фигура снаружи, ответственность как бы распределена между ними. Из этого следует две традиции толкований: свести эти центры к конкретным фигурам лидеров или воспринимать сами фигуры в виде ширм для «сил» и «кругов».
Как бы то ни было, внутреннему центру нужен внешний спарринг-партнер, смысл всего происходящего определяется пляской теней - медийным отражением их игры, по отношению к которой все остальные фигуры вторичны. Игровой элемент не менее важен: поскольку сам субъект себя в качестве участника не воспринимает, он видит все происходящее как постановку в театре, на которую удалось поймать билет. Поэтому шекспировская фраза про мир как театр пользуется у нас такой популярностью. А то, что второй главный персонаж в пьесе - представитель экономически наиболее сильной страны мира, говорит об уровне самооценки: оказаться на сцене с другими фигурами было бы даже унизительно. Отсюда, кстати, нежелание впускать в постановку китайского лидера - особого места в национальном самосознании ему пока не нашлось.
#ДетальДня