Репост из: Тенденции эпохи
Момент недетских трений. Затухание диалога на американском треке. Так можно и нужно охарактеризовать текущее положение в отношениях США и РФ. Одновременно происходит серьезное обострение конкуренции в среде дипломатической элиты Путина. Если ранее конфликтовали министр Лавров и внесистемный посредник Дмитриев, то теперь публичным стало противостояние МИД с окружением Путина. Помощник президента Ушаков посмел дезавуировать заявления замглавы МИД Рябкова об исчерпании договоренностей Путина и Трампа на Аляске.
Изначально прозвучало довольно серьезное замечание по линии Лаврова. Он устами Рябкова он указал, что Россия обойдется без положительной реакции на ДСНВ – главное сохранить паритет в сфере стратегической стабильности. Подобным образом РФ, точнее, как оказалось часть элиты, реагирует на размышления Трампа о передаче Украине крылатых ракет «Томагавк». По сути Москву уже не волнуют ни риски эскалации в сегменте РСМД, не глобальное противостояние. Прямо идем курсом «все мосты с Вашингтоном сожжены».
Вроде бы об этом и Путин говорил на Валдае, намекая: оснащение украинской армии крылатыми ракетами – точка в наметившемся американо-российском потеплении в период раннего Трампа. Последнего, к слову, грубо прокатили с Нобелевской премией, которая ушла в руки к венесуэльской правозащитнице Мачадо, которая попросила Трампа помочь в свержении «диктатуры Мадуро» ради возврата демократии на венесуэльскую почву,
Так, что теперь и у Трампа даже Нобелевский азарт поостыл, и трудно будет прогнозировать траекторию его самолюбия.
После антиамериканского выпада лавровцев появился такой же резкий ответ из Кремля. Помощник Путина Ушаков дал категорический отпор Рябкову: «Контакты между представителями администраций президентов Путина и Трампа проводятся постоянно. Заявления, что импульс Анкориджа исчерпан, в корне не верны. Договоренности, достигнутые на Аляске, не нравятся европейцам и Киеву, которые не заинтересованы в мире».
Обнадтвшиеся трения столь серьезны, что ставят под сомнения целостность всего внешнеполитического курса России. Если на самом важном американском треке нет единства видения, а происходит клановая борьба, то что говорить обо всех остальных направлениях.
В контексте упомянутых межклановых трений как раз в наиболее выгодном положении оказывается Кирилл Дмитриев, который извлекает дивиденды от тактического провала Лаврова, напоровшегося на крупные неприятности из-за непонимания подлинных настроений хозяина Кремля, который пока на самом деле ничего не решил по части разрыв с Белым домом.
По законам большой политики выносить сор из избы нельзя, и тот кто нарушает неписанные правила должен быть наказан. Лавров отделается мелкой кровью, если задвинут Рябкова, но кресло шатается под ним самим. Лавров с 2014 года мыслит категориями разрушения мостов, изоляционизма, засилья врагов. Он носитель духа «холодной войны» на глобальном уровне, и горячей СВО на Украине. Он тянет Россию будущего в конфликтное прошлое. Нужно ли это Путину сейчас, когда ресурсы России сильно подорваны? Ответ на этот вопрос подскажет нам будут ли ротации верхушки МИДа и появятся ли там новые лица. Процесс смены вех идет, он просто неизбежен, ибо от него зависит спасение глобально важных американо-российских контактов.
Изначально прозвучало довольно серьезное замечание по линии Лаврова. Он устами Рябкова он указал, что Россия обойдется без положительной реакции на ДСНВ – главное сохранить паритет в сфере стратегической стабильности. Подобным образом РФ, точнее, как оказалось часть элиты, реагирует на размышления Трампа о передаче Украине крылатых ракет «Томагавк». По сути Москву уже не волнуют ни риски эскалации в сегменте РСМД, не глобальное противостояние. Прямо идем курсом «все мосты с Вашингтоном сожжены».
Вроде бы об этом и Путин говорил на Валдае, намекая: оснащение украинской армии крылатыми ракетами – точка в наметившемся американо-российском потеплении в период раннего Трампа. Последнего, к слову, грубо прокатили с Нобелевской премией, которая ушла в руки к венесуэльской правозащитнице Мачадо, которая попросила Трампа помочь в свержении «диктатуры Мадуро» ради возврата демократии на венесуэльскую почву,
Так, что теперь и у Трампа даже Нобелевский азарт поостыл, и трудно будет прогнозировать траекторию его самолюбия.
После антиамериканского выпада лавровцев появился такой же резкий ответ из Кремля. Помощник Путина Ушаков дал категорический отпор Рябкову: «Контакты между представителями администраций президентов Путина и Трампа проводятся постоянно. Заявления, что импульс Анкориджа исчерпан, в корне не верны. Договоренности, достигнутые на Аляске, не нравятся европейцам и Киеву, которые не заинтересованы в мире».
Обнадтвшиеся трения столь серьезны, что ставят под сомнения целостность всего внешнеполитического курса России. Если на самом важном американском треке нет единства видения, а происходит клановая борьба, то что говорить обо всех остальных направлениях.
В контексте упомянутых межклановых трений как раз в наиболее выгодном положении оказывается Кирилл Дмитриев, который извлекает дивиденды от тактического провала Лаврова, напоровшегося на крупные неприятности из-за непонимания подлинных настроений хозяина Кремля, который пока на самом деле ничего не решил по части разрыв с Белым домом.
По законам большой политики выносить сор из избы нельзя, и тот кто нарушает неписанные правила должен быть наказан. Лавров отделается мелкой кровью, если задвинут Рябкова, но кресло шатается под ним самим. Лавров с 2014 года мыслит категориями разрушения мостов, изоляционизма, засилья врагов. Он носитель духа «холодной войны» на глобальном уровне, и горячей СВО на Украине. Он тянет Россию будущего в конфликтное прошлое. Нужно ли это Путину сейчас, когда ресурсы России сильно подорваны? Ответ на этот вопрос подскажет нам будут ли ротации верхушки МИДа и появятся ли там новые лица. Процесс смены вех идет, он просто неизбежен, ибо от него зависит спасение глобально важных американо-российских контактов.