Репост из: Честные Новости
🏦Банки теряют ликвидность
С начала 2026 года дефицит свободных денег у финорганизаций вырос почти в четыре раза: с 0,6 трлн рублей на 1 января до 2 трлн в июне. ЦБ уже пересмотрел прогноз структурной нехватки ликвидности на 2026 год с 1,9–3,0 трлн до 2,4–3,6 трлн. Главная причина — наличные. Ожидания по поводу их роста в обращении повышены с 0,8–1,3 трлн до 1,5–2,1 трлн.
Когда граждане снимают наличку, деньги физически покидают банковскую систему. С начала года объем кэша в транзакциях, в свою очередь, вырос на 1,7 трлн. Это больше, чем за весь 2025-й, когда прирост составил лишь 0,75 трлн. Только в мае показатель подскочил на 0,4 трлн. Основная причина уже стандартная: перебои в работе мобильного интернета заставили людей страховаться.
Кэш снова становится резервным активом, как в 2000-е. Для самих банков дефицит ликвидности — управляемая, но затратная ситуация. Чтобы закрыть кассовые разрывы, финорганизации привлекают средства у ЦБ через операции РЕПО и другие инструменты рефинансирования. Это стоит денег и давит на маржу. В 2025 году картина была принципиально иной. Высокие ставки по депозитам удерживали деньги в системе.
Дефицит не превышал 900 млрд руб. и достиг этого уровня лишь к декабрю. Сейчас проценты снижаются, стимул хранить средства на вкладе слабеет и их часть перетекает в наличные. Однако угрозы системного кризиса здесь нет. Проблема в другом: отток наличных в условиях снижения ставок сужает ресурсную базу банков именно тогда, когда спрос на кредиты должен начать восстанавливаться. Меньше пассивов — жёстче условия выдачи кредитов.
✅Подпишись
С начала 2026 года дефицит свободных денег у финорганизаций вырос почти в четыре раза: с 0,6 трлн рублей на 1 января до 2 трлн в июне. ЦБ уже пересмотрел прогноз структурной нехватки ликвидности на 2026 год с 1,9–3,0 трлн до 2,4–3,6 трлн. Главная причина — наличные. Ожидания по поводу их роста в обращении повышены с 0,8–1,3 трлн до 1,5–2,1 трлн.
Когда граждане снимают наличку, деньги физически покидают банковскую систему. С начала года объем кэша в транзакциях, в свою очередь, вырос на 1,7 трлн. Это больше, чем за весь 2025-й, когда прирост составил лишь 0,75 трлн. Только в мае показатель подскочил на 0,4 трлн. Основная причина уже стандартная: перебои в работе мобильного интернета заставили людей страховаться.
Кэш снова становится резервным активом, как в 2000-е. Для самих банков дефицит ликвидности — управляемая, но затратная ситуация. Чтобы закрыть кассовые разрывы, финорганизации привлекают средства у ЦБ через операции РЕПО и другие инструменты рефинансирования. Это стоит денег и давит на маржу. В 2025 году картина была принципиально иной. Высокие ставки по депозитам удерживали деньги в системе.
Дефицит не превышал 900 млрд руб. и достиг этого уровня лишь к декабрю. Сейчас проценты снижаются, стимул хранить средства на вкладе слабеет и их часть перетекает в наличные. Однако угрозы системного кризиса здесь нет. Проблема в другом: отток наличных в условиях снижения ставок сужает ресурсную базу банков именно тогда, когда спрос на кредиты должен начать восстанавливаться. Меньше пассивов — жёстче условия выдачи кредитов.
✅Подпишись