Женщина пишет

@readwomanread Нравится 1
Это ваш канал? Подтвердите владение для дополнительных возможностей

Меня зовут Маша Бурова. Здесь будет о книгах, написанных женщинами.
Для дружбы, а не для рекламы @maburova.
Гео и язык канала
Россия, Русский
Категория
Книги


Гео канала
Россия
Язык канала
Русский
Категория
Книги
Добавлен в индекс
02.07.2017 16:14
реклама
TGStat Bot
Бот для получения статистики каналов не выходя из Telegram
Telegram Analytics
Подписывайся, чтобы быть в курсе новостей TGStat.
TGAlertsBot
Мониторинг упоминаний ключевых слов в каналах и чатах.
6 300
подписчиков
~2.4k
охват 1 публикации
~798
дневной охват
~2
постов / нед.
38.7%
ERR %
19.23
индекс цитирования
Репосты и упоминания канала
138 упоминаний канала
21 упоминаний публикаций
196 репостов
styleвар ка
в темном зале
дочь разбойника
я читаю книжки
Гумконвой
Три сестры
42
Women don't cry
Stellar Garden
Grownups_Not_Only
Она же девочка
Me & Rotten Kepken.
Путь героини
Grownups_Not_Only
Grownups_Not_Only
ЦЕХ
Путь героини
beinopen
Дафна читает
Дафна читает
Она же девочка
Она же девочка
Она же девочка
я читаю книжки
Just Keep Reading
Grownups_Not_Only
Росфемнадзор
Artursdóttir
styleвар ка
Ихь бин Инна
Полка
Друзья Азбуки
Каналы, которые цитирует @readwomanread
Beat Film Festival
Keep Calm & Young Adult
Путь героини
The City
Burning Hut
Burning Hut
Афиша Daily
Афиша Daily
Афиша Daily
Афиша Daily
Афиша Daily
Афиша Daily
Афиша Daily
Афиша Daily
Афиша Daily
Видимо-невидимо
Шанинка
Философия Нью-Йорка
Feminfoteka Library
монологи фемины
TOUCHÉ
Вычитала
Storytel: что нового
Полка
Читай. Смотри. Твори
Теории и Практики
Она же девочка
Write Like a Grrrl
Стоунер
Вычитала
Отличное тело
Write Like a Grrrl
Библиодуш
Вычитала
Нет значит нет
Медуза — LIVE
Книжный бункер
Книжный бункер
Beshley
Роза Цеткин
Окстiсь
prometa.pro книжки
Мастриды
greenlampbooks
Книжное братство
Последние публикации
Удалённые
С упоминаниями
Репосты
Возвращаюсь со второй встречи классного книжного клуба (он в Москве) и очень радуюсь, что иногда могу обсудить замечательные книги среди замечательных людей. Если вы тоже хотите, напишите мне, поделюсь координатами 💫
​​«Невидимые женщины. Почему мы живем в мире, удобном только для мужчин» Кэролайн Криадо Перес

Я точно знаю, что быть женщиной не всегда классно. Особенно, когда возвращайся домой одна через какой-нибудь пустырь или выпиваешь на вечеринке в компании незнакомых людей, или когда выходишь из переполненного кинозала и даже не хочешь представлять какая там очередь в туалет. У этих примеров разный уровень опасности, но объединяет их вот что: их можно было бы избежать, будь в обиходе ученых, политиков и градостроителей достаточно данных о женщинах. Сейчас в большинстве отчётов и исследований фигурируют люди универсальные, то есть мужчины, опыт которых может быть очень далёк от опыта женщин.

Журналистка и активистка Кэролайн Криадо Перес собрала сотни несправедливостей и переложила их на язык статистики. Ее книга полна данных, которые не учитывают женщин и их потребностей в самых разных сферах: в повседневной жизни, на рабочем месте, в кабинете врача, на автобусной остановке. Да что там, сексизм проявляется даже про уборке снега на городских улицах.

Мы все разные, но мы равны - формула не новая, но все еще работающая с перебоями. У неё вот прямо многовековая история. Ниже - показательный отрывок из книги:

«В своей ставшей классической работе 1975 г. «Женщина-собирательница: “мужской перекос” в антропологии» антрополог Салли Слокум поставила под сомнение определяющую роль «мужчины-охотника». Антропологи, утверждала она, «рассматривают эволюцию сквозь призму мужских занятий, как будто этого достаточно для ее объяснения». Она задала простой вопрос, который до нее никто не ставил: «А что делали женщины, пока мужчины охотились?» Ответ: они занимались собирательством и ухаживали за детьми, долгое время остававшимися беспомощными и нуждавшимися в присмотре. Оба эти занятия требовали сотрудничества. В свете этого, пишет Салли Слокум, утверждать, что «в основе человеческой эволюции лежит склонность мужчин к охоте и убийству», — значит «придавать слишком большое значение агрессии, которая является лишь одним из инструментов выживания».

Безусловно, это верно для представителей человеческого рода в целом, но дело в том, что себе подобных убивают почти исключительно мужчины. Анализ статистики убийств за 30 лет, проведенный в Швеции, показал, что девять из десяти убийств совершают мужчины. Об этом же говорит и статистика убийств в других странах, в том числе Австралии, Великобритании и США. Исследование ООН, посвященное убийствам, выполненное в 2013 г., показывает, что во всем мире 96% лиц, совершивших убийства, — мужчины. Так у кого же выработался инстинкт убийства — у всех людей или только у мужчин?»


Опыт - пока ещё не гендерно нейтральная категория, и пора бы уже это учитывать в обязательном порядке. Хочется быть в этом мире на своём месте, а пока как будто в гостях. Книга Перес имеет огромный эффект узнавания, а ещё огромный просветительский потенциал. Важно, чтобы у неё было много читательниц и читателей.
Читать полностью
​​«Щепотка магии» Мишель Харрисон

Кажется, пора вводить отдельную рубрику «Купила из-за обложки и не пожалела». Путешествия во времени, ведьмы, волшебные предметы, семейное проклятие, сестринство, дружба, приключения - стопроцентное попадание в мои читательские интересы. Рассказываю, что под очень красивой обложкой.

Бетти 13 лет и у неё вечный локдаун. Из-за колдовского проклятия ни она, ни две ее сёстры, ни бабушка, ни вообще ни одна женщина из рода Уиддершинс не может покинуть родного острова Вороний камень - сразу смерть. Такое себе обстоятельство, если учесть, что Бетти еще с детства коллекционирует карты и каждый день планирует побег. Все эти мечты у неё были ровно до тринадцатого дня рождения, когда бабушка наконец рассказала ей, что их семья обречена и ей стоит смириться с участью помощницы по хозяйству в деревенском трактире «Потайной карман».

Тихо жить дальше не получается, да и не хочется, так что судьба и автор заводит сестёр в ближайшую темницу, где находится узник, который обещает рассказать, как нейтрализовать беду. Всего-то нужно его освободить. Благо кроме проклятия девчонкам в наследство перешло три волшебных предмета. Нет, это не мантия-невидимка, воскрешающий камень и бузинная палочка. В этой вселенной - это матрешка, зеркало и сумка. Первая - помогает исчезать, второе - общаться с теми, кто далеко, третья - перемешаться в пространстве. Классно скажете вы, но впереди, конечно, предательство и сражения в неравной весовой категории. Сказка длится 400 страниц, я осилила за вечер. Прямо как в лучшие времена, когда хватало ночи, чтобы прочитать новую часть поттерианы. И кстати, книга заканчивается так, что можно судорожно не хвататься за голову «А когда же следущая часть?». Продолжение есть (пока только на английском), но можно обойтись и без него. «Щепотка магии» хороша сама по себе.
Читать полностью
​​«Защитный цвет» Эльза Триоле

У издательства Common place есть серия, в которой выходит художественная и мемуарная проза забытых русских писательниц XIX-XX веков. Эльза Триоле (1896-1970),
писательница, обладательница Гонкуровской премии, переводчица и сестра Лили Брик, одна из них. Она переводила Маяковского на французский, вполне успешно печаталась, но роман «Защитный цвет» с 1928 года так ни разу и не переиздавался. И это кажется очевидным, ведь одна героиня - бедная эмигрантка Варвара, которая слишком много думает о всяких мрачных вещах, а вторая - аристократка Люсиль, что слишком беспечно живет на деньги мужа. Таким не место в большой серьёзной литературе, им лучше тихо где-нибудь с краю посидеть и подождать пару десятилетий.

Я купила эту книгу интуитивно в декабре прошлого года на ярмарке из-за эпиграфа. И кто же знал, что он будет настолько в тему в 2020-м: «...какой ужас - жизнь! Мне хотелось бы взорвать весь земной шар».

Судьбы Варвары и Люсиль не назовёшь счастливыми. Несмотря на все привилегии Люсиль, в ее жизни нет абсолютно никаких «живых эмоций», они появляются только вместе с Варварой, которую она случайно встречает в прокуренном парижском ресторанчике. Варвара носит чёрное, стыдится своего происхождения и обладает весьма декадентским складом ума: «Она ощущала жизнь как тот сон, который ей так часто снился: на неё надвигается морская волна, высокая, до самого неба, она бежит от неё, но навстречу ей идёт другая, такая же высокая, и она во сне узнаёт, что такое предсмертным минуты». Варвара отзывается о себе только в уничижительном тоне, а Люсиль - огонёк образцовой жизни, на который она полетела. Они пассивно-агрессивно дружат, но вдвоём им все же лучше, чем по отдельности.

От реального неприятного мира приходится защищаться им обоим. И тут Люсиль демонстрирует пример древней женской стратегии выживания в патриархальном мире. Сама Варвара положение Люсиль описывает весьма точно: ее «розовость» она приравняла к защитному цвету, но и прорехи в обороне проанализировала. «Ты заметь, в трамвае тебе всегда уступают место, тебе улыбается встречный, через лужи тебя переносят, и в поездках всегда кто-нибудь несёт твои чемоданы. Но я тебя вполне принимаю всерьёз и даже уверена, что у твоей нежной розовой души выросли большие чёрные усы...»

Кажется, чёрные усы - это такой синоним ясного взгляда на мир, который часто мешает жить в согласии с окружающим. Хоть раз да и захочется все взорвать. Правда у героинь пока получается только подрывная деятельностью против себя же. Люсиль так же продолжает играть приемлемую роль, а Варвара решает бежать из Парижа. Им бы, конечно, лучше почитать Виржини Депант - вот уж у кого усы так усы, но той сначала надо было родиться.
Читать полностью
«Быть здесь - уже чудо» Мари Дарьесек

Элизабет Виже-Лабрен, Констанция Майер, Аделаида Лабиль-Гиар и Гортензия Одебор-Леско. Картины только этих четырёх художниц выставлялись в Лувре в начале XX века. Немка Паула Модерзон-Беккер (1856-1907) даже и не рассчитывала. Она рисовала много и неистово, но при жизни продала всего три работы, а после смерти слава ее распространилась только на Германию. Французская писательница Мари Дарьесек написала ее биографию в 2016 году. Она хотела показать миру «женщину, которая пишет в одиночестве и чьи картины не видны». Женщину, что рисовала женщин как есть, и женщину, что первой нарисовала свой обнаженный автопортрет.

«Паула писала настоящих женщин. Я бы даже сказала по-настоящему обнаженную натуру, сбросившую с себя мужской взгляд. Эти женщины не позируют перед мужчиной; Паула увидела их - не через призму мужского желания, подавленности, собственничества, доминирования и стремления противопоставить. На картинах Модерзон-Беккер женщины не соблазнительны (как у Жерве) и не экзотичны (как у Гогена), они не дразнят (Мане) и не выставлены жертвами (Дега), не отчаянные (Тулуз-Лотрек), не рыхлые (Ренуар) и не исполинские (Пикассо), не статные (Пюви де Шаванн) и не воздушные (Каролюс-Дюран). Паула не пытается взять реванш. Она не пытается что-то доказать. Никого не оценивает. Она показывает то, что видит»

Паула была очень увлечённой художницей, другие занятия даже не рассматривала. В
книге много прекрасных цитат из ее дневников и писем, где она усердно трудится, размышляет о будущем и ждёт момента, когда будет гордиться тем, что она художница: «„Я становлюсь кем-то“. Эта мантра все звучит в письмах Паулы. Не Модерзон, не Беккер - кто-то». Паула часто сбегала от мужа в Париж, где в одиночестве рисовала-рисовала-рисовала. Автопортреты, портреты маленьких девочек, портреты матерей, кормящих грудью. Дарьесек подробно описывает, чем они так хороши. Но ещё очевиднее из текста видна ее любовь.

«Я хочу показать ее картины, рассказать о ее жизни. Я не просто хочу воздать ей по заслугам: я хочу совершить чудо, чтобы она была здесь»

Добавлю, что в пару к этой книге отлично подходит дневник Марии Башкирцевой (его читала и Паула) - художницы, что также пыталась свободно творить во времена, когда женщин не допускали в классы с обнаженными натурщиками и всячески высмеивали их попытки творить. Я же нашла в этой книге идеальное пожелание себе (у меня сегодня день рождения) на годы вперёд:

Я - это я
и надеюсь все больше и больше становиться собой
Читать полностью
​​«Последний бумажный журавлик» Кэрри Дрюри

6 августа 1945 года американцы сбросили на Хиросиму атомную бомбу. Больше ста тысяч японцев погибли сразу, а те кто смогли спастись - всю жизнь страдали от последствий. Одно из таких описала британская писательница Кэрри Дрюри. Главный герой ее книги «Последний бумажный журавлик» страдает от чувства вины. Он пообещал, но не смог спасти младшую сестру лучшего друга.

Ичиро было 17 лет, когда за один миг из его жизни исчезло все - стены дома, родной город, мама. Остались только подаренная отцом книга в тысячу страниц да надежда спасти младшую сестру лучшего друга по имени Кэйко. Найти девочку оказалось легче, чем избежать огненного смерча, который образовался после взрыва, и добраться до больницы. В конце концов выбившись из сил Ичиро оставил ее, вырвал страницу, сделал журавлика и подарил ей как символ того, что обязательно вернется за ней. Но он не смог (до врачей то он добрался, но вот те из них, кто выжил, отказались покидать пост, где в их помощи нуждались сотни людей, а сам он потерял сознание и очнулся только через 4 недели). Через несколько лет Ичиро получил письмо, после которого прекратил поиски: «Данных нет. Вероятнее всего, погибла».

Внучка Ичиро - Мидзуки - услышала эту историю от дедушки спустя семьдесят лет. И сразу же решила ему помочь. Она находит Кэйко под другой фамилией в списке выживших. В конце они вновь видятся, а мы все дружно плачем.

У писательницы Кэрри Дрюри нет родственников в Японии, сама она там никогда не была. Она пришла к этой теме через страх: в восьмидесятые в США перед показами в кинотеатрах крутили короткие ролики о холодной войне. Один из них был посвящен ядерному взрыву. Годы спустя она прочитала репортаж Джона Херси «Хиросима» (на русском языке книга вышла впервые вот только что. Потом она читала другие книги, смотрела фильмы и документальные передачи, общалась с сотрудниками Мемориального музея мира в Хиросиме и Музея атомной бомбы в Нагасаки, переводчиками-японистами и исследовательницей роли женщин в истории Японии. Собрала много всего и рассказала свою историю.

«Мне захотелось написать об этом. Я не собиралась вдаваться в исторические подробности, анализировать, кто виноват, как нужно было поступить и почему; меня интересовали только люди — истории тех, кто остался в живых, кто потерял родных и любимых, кто в полной мере узнал, что такое сожаление, скорбь, вина. И страх. От таких историй сжимается сердце.

Я не японка. Я не пережила всего этого. И я не знакома ни с кем, кто был в Хиросиме. Но эта история не отпускала меня. И я подумала, что если бы о событиях писали только их очевидцы, люди бы давно забыли прошлое. А в нем есть нечто важное, то, что нельзя отпускать, то, к чему нужно время от времени возвращаться. Потому что нам всем есть что терять. Страх не различает ни времени, ни пола, ни стран, ни культур. Каждый знает, что такое вина. Или любовь. Именно об этом книга «Последний бумажный журавлик»».
Читать полностью
​​​Часто когда я говорю, что читаю «женскую литературу», «женские романы» первым делом я вижу недоумение в глазах смотрящих. Эти определения интуитивно связаны с книжками сомнительного качества, которые максимально далеки от образа «настоящей литературы», куда в основном попадают книги на серьёзные человеческие (читай мужские) темы - о смысле жизни, войне миров, путешествиях во времени, судьбах родины. Важные события там тоже в основном не с женщинами происходят.

Образ «женской литературы» как чего-то недостойного начал формироваться вот прям сразу. Даже само определение «женская литература» придумали критики-мужчины, которые очень хотели отделить великие распрекрасные тексты от того, что написали женщины. Критики сначала вообще сомневались в умственных способностях первых писательниц, потом медленно, но верно свели их тексты к интимной сфере интересов очень ограниченной группы людей. Ну той группы, что половина человечества, как вы понимаете. Конечно Ахматова (и многие вместе с ней) не хотела быть поэтессой, кто же захочет, когда у «женской литературы» настолько плохая репутация в кругах профессиональных читателей, что издают, пишут рецензии и вручают премии. Книги женщин про войну, поиски себя, политику - все ещё удел феминистских пабликов. В школьной или университетской программах им нет места. Многие уверены, что женщины пишут только про любовь (и это почему-то тоже плохо).

Когда я затем говорю, что читаю книги, написанные женщинами, самых разных жанров и на самые разные темы, то взгляд на меня все такой же странный. «А при чем тут пол автора? Главное же «качество текста»»

Как по мне, так «качество» ещё более размытая категория, чем пол или гендер. Отношение к текстам, которые подписаны женским именем, большую часть истории было совсем не про содержание. В этих книгах часто описан опыт женщин, чувства женщин, отношения женщин, а с точки зрения интеллигентных людей как-то многовато при таком раскладе всего личного, эмоционального, мелкого, никому ненужного. Про качество очень показателен случай из другой области - музыки. В нью-йоркском оркестре очень долго не было женщин, а потом ввели слепые прослушивания и женщин сразу стало очень много. Интересно.

Когда я начала этот блог, мне было важно дать себе опыт прочтения текстов, созданных женщинами, потому что больше двадцати лет я занималась противоположным. Сейчас я знаю (спасибо гендерным исследовательницам), что «женская литература» - это снисходительный ярлык, который был придуман как антоним «качественной литературы». Женская литература же сама по себе бесконечно разнообразна и важна.

Если говорить про будущее, то я с большой радостью буду готова забыть про пол автора, когда пойму, что и для других он не имеет значения. Пока мы не живем в эти славные времена, мне кажется важным по чуть-чуть убирать из слова «женское» все незаслуженно обидное. Особенно важно говорить об этом в отношении истории русской литературы, которая так и не была переосмыслена. «Полка» вот только в этом году озадачилась почему у них в списке из «108 важнейших русских книг», оказалось всего три писательницы - Цветаева, Ахматова, Петрушевская.

Сейчас я пишу диссертацию и много читаю об истории русской литературы и гендерном взгляде на нее. Вот мой небольшой список уже прочитанного, что помогло мне разбираться как был устроен книжный мир, и что мы взяли с собой в настоящее.

«Классики и современницы» Евгения Строганова

«Творец, субъект, женщина» Кирсти Эконен

«Провинциалки русской литературы: женская проза 30-40-х годов XIX века» Ирина Савкина

A history of Women’s Writing in Russia

«Авторицы и поэтки. Женская критика 1830-1870»
Читать полностью
📚

«Я не думаю, что книжные коллекционеры покупают объекты, я думаю, они покупают истории».

Через несколько часов стартует @beatfest — у них в этот раз есть интересные фильмы для книжников. «Говорит Трумэн Капоте» я ещё не успел посмотреть, зато с радостью советую «Книготорговцев» — полтора часа болтовни с людьми, которые посвятили жизнь покупке, продаже и коллекционированию редких книг, журналов и прочих артефактов.

Сюжета как такового в фильме нет, это не история букинистики и не манифест — скорее приятная вечеринка, на которой можно познакомиться с ветеранами и ветеранками этого дела; с человеком, в чьей коллекции есть книга в переплёте из человеческой кожи, украшенная человеческими же костями; с первой женщиной в США, начавшей собирать литературу, написанную женщинами о женщинах (привет, @readwomanread); с мужчиной, чья библиотека спроектироана как оммаж Эшеру; с хип-хоп-архивисткой Сиритой Гейтс (она на интервью надела футболку с «CPRKR», а Баския на футболке — это всегда победа).

Ну и, конечно, немного размышлений о том, умрёт ли книга (tl;dr: нет, но да, но, конечно же, нет) и много классных историй — например, о ценообразовании: первое издание «Великого Гэтсби» можно купить за 5000 долларов; его же в оригинальной суперобложке — втрое дороже; если обложка в хорошем состоянии — приписывайте ещё ноль.
Читать полностью
Первый (и единственный) билетик в кино, который я купила после-сами-знаете-чего - это билетик на «Книготорговцев». Но его можно посмотреть и онлайн. В этом году мой любимый кинофестиваль Beat Film Festival работает сразу в двух форматах - документалки можно посмотреть в кинотеатрах и на Кинопоиске.
Читаю, наверное, лучшую научно-популярную книгу этого года «Невидимые женщины. Почему мы живем в мире, удобном только для мужчин. Неравноправие, основанное на данных» (выйдет в августе в издательстве «Альпина Паблишер») и сразу так много мыслей в голове. Поделюсь теми, что опубликовала у себя в инстаграме, но здесь их увидеть тоже важно.

Для меня очень важна идентичность. Мне кажется, нет ничего абсолютно универсального. Вот, например, я женщина, но что это значит? Это важная часть меня, и безусловно с самого детства я вела себя в общем и целом как этот мир ожидал, что я буду себя вести. Я не ввязывалась в слишком опасные авантюры, старалась нравиться мальчикам, переживала из-за своего внешнего вида, берегла девственность, много думала о своей одежде и будущем муже. Сейчас я понимаю, что все это мне и многим другим было дано как универсальное, положенное по определению, но как же я рада увидеть альтернативную историю женщин (хоть и на 29 году жизни), которая прячется по-феминистским книжкам. Хотела бы я, чтобы меня с самого начала ценили саму по себе, а не по тем представлениям, что самыми разными способами закрепились в том обществе, где я родились.

Сейчас я точно знаю, что у меня есть свой неповторимый узор. Я Маша Бурова, и мне нравится миллион самых разных вещей: от цветов до воробьев. Мой опыт не похож ни на чей опыт в мире. Да, я все ещё продукт той культуры, в которой живу, но сейчас у меня есть критическое мышление и фем-оптика, которые не дают так просто пробиться в мою голову всяким стремным мыслям о себе самой и мире в целом.

У меня сложный уникальный состав и я очень рада возможности осознавать это. От этого знания иногда легче, иногда тяжелей, но оно у меня есть. Я это знание сама для себя выбрала (вроде бы).
Читать полностью
​​А вот почти к моим именинам (15 августа) у «Самоката» выйдет научпоп про месячные, где о менструации обещают говорить прямо. Класс.
«Троллий пик», Уна Харт

Эту книгу написала журналистка Анастасия Максимова. Важное замечание, потому что я совсем мало читаю написанного на русском языке и это, конечно же, моя упущение. Много есть хорошего, просто найти труднее - на первом плане зарубежные бестселлеры.

Так вот, «Троллий пик» - фэнтези, от которого трудно оторваться, даже когда очень страшно. Главная героиня -
старшеклассница Грейс, мама которой исчезла из летящего самолета полного пассажиров (трупа нет, записки нет, одна неизвестность). Но это только самое начало истории, а немного позже и новая жизнь у одноглазой тети Вивиан с полным особняком загадок, и танцы на вечеринке у троллей, и вечные проклятья. Действительность сегодняшнему дню соответствует, но вот силы там под землей или в горах - древние и опасные. В планах у Грейс и ее лихой тети со всем справиться. У книги выйдет продолжение уже в сентябре. И это очень важно понимать в самом начале, потому что я этого не знала и лихорадочно пыталась понять, точно ли у меня полная версия. Уж очень неожиданно ворвался в повествование финал. Надеюсь, в следующих сериях про Грейс будет побольше, а то пока она как будто бесконечно смотрит чужие посты в инстаграме, а сама ничего не выкладывает.

А вот цитата автора про замысел: «Я написала эту книгу для подростков лет шестнадцати. Несколько лет моей болью было то, что 9 из 10 книг для них крутятся вокруг романтики, главная героиня всегда избранная, ей прилетают сверхспособности ни за что, а с другими женскими персонажами всегда контры. Я решила, что мне и карты в руки и написала книгу, которая проходит тест Бехдель: женский персонаж, не избранная, всего добивается своими силами, не воюет с другими женскими персонажами».
Читать полностью
Репост из: Keep Calm & Young Adult
В череде мнений по поводу происходящей нынче в твиттере истории с домогательствами и изнасилованиями есть одна позиция, которая меня сильно тригерит: это мужчины, которые недоуменно спрашивают «но почему им всем вот так просто верят на слово?»

Им всем – это женщинам, которые говорят о домогательствах. А тригерит меня это потому, что сразу становится очевидно, как мало мужчины знают о жизни и опыте окружающих их женщин. О том, что все эти хватания, залезания под юбку, сальные комментарии, кэтколлинг и «ну чо ты ломаешься» становятся частью женской бытовой рутины, начиная лет с четырнадцати, а иногда даже и раньше, и продолжаются годами, пока ты не начинаешь выглядеть как тру тётка. И этот опыт настолько сливается с пейзажем, превращается в часть твоего ежедневного существования, что в какой-то момент даже перестаешь отслеживать его и как-то процессить. Вырвалась, отпихнула, убежала – и хорошо. Кажется, это называется интернализацией травмы.

Казалось бы, причем тут книжки для подростков? Я думаю, при том, что литература – это тот самый источник информации о чужом опыте и образе жизни, к которому мы прибегаем, когда собственный опыт каких-то ситуаций не покрывает. В нише янг-адалта превалируют женщины-писательницы и женщины-героини, и так выходит в последние лет пять, что эта еще позавчера легонькая беллетристика довольно далеко шагнула от Беллы и Эдварда в сторону жесткой социалки, причем не только в реалистичном фикшене, но и в условно сказочных поджанрах, от магического реализма («Светлая печаль Авы Лавендер») до военного фэнтези («Опиумная война») и ретеллингов сказок («Дочь леса»).

Но есть один маленький нюанс – контента о женском опыте точно становится больше, но становится ли у него больше мальчиков-читателей? В публичных онлайн-пространствах их особо не видно – читаешь, бывало, рецензии на Goodreads, а там из мужчин один Рик Риордан. Меж тем, ответственные отцы продолжают спрашивать «почему все книги для девочек, моему тринадцатилетнему сыну нечего читать», и это такая немного стремная штука, потому что если вы задавались вопросом, откуда в нашем интеллектуальном пространстве берутся мужчины, не просто игнорирующие литературу, написанную женщинами, считающие ее несерьезной, нишевой и уж точно менее великой, но и мужчины, никогда не видавшие сильных женских персонажей – то вот отсюда. Так что когда мне в следующий раз кто-то скажет «почему им все верят на слово», я в ответ спрошу «когда ты в последний раз читал книгу, написанную женщиной?», и посмотрю на корреляцию

Лет десять назад один лайфстайловый журнал взял мой текст про поездку в Албанию – ничего особенного, просто впечатления, я и заезжала-то туда на один день. Мой папа прочитал текст и сказал – ну так-то в принципе нормально, но было бы лучше, если бы ты сделала не просто зарисовку, а добавила к ней какой-то женский взгляд.

Я тогда сделала фейспалм («типичный папа») и махнула рукой – ну какой, к черту, женский взгляд, что может быть женского в путевых заметках. А сейчас тема, похоже, вернулась ко мне бумерангом – вот же он, женский взгляд. Приезжаешь, бывало, в некоторые страны и выясняешь, что на улицу без сопровождения мужчины выходить некомфортно – огребаешь и выкрики из проезжающих машин, и навязчивые попытки вступить в разговор, и непрошенные прикосновения. Этого ли ты хотел, папа, когда заказывал женский взгляд? Ха-ха, что-то я не уверена.

Нет, я, конечно, не питаю иллюзий, что мир мгновенно станет лучше, если мальчики с юных лет начнут читать книги про женский опыт. Но, возможно, им станет немного понятнее и колоссальный масштаб проблемы, и почему другие женщины «так просто верят на слово» пострадавшим. Такая у нас жиза, мальчики, такая жиза.
Читать полностью
Очень откликается во мне этот текст. Уж очень очевидна сейчас эта разница во «взглядах на мир».
Немного об увлечениях русских дворянок из книги «Мир русской женщины: семья, профессия, домашний уклад XVIII - начало XX века»:

«Присяжный поверенный Н. П. Карабчевский приводит пример столь же символичный, сколь и комический: его подзащитная Екатерина Брешко-Брешковская, знаменитая в будущем «бабушка русской революции», сидя в тюрьме в ожидании приговора, вышила полотенце «в малороссийском духе» со словами «memento mori» для своего адвоката».
Читать полностью