Я наблюдаю за тем, как Китай методично и последовательно работает над вопросами имеющие стратегическое значение для будущего государства и нации и испытываю смешенные чувства.
Оставив в стороне инфраструктурные успехи Китая, смелость на международной арене, и успешные попытки взять в узду капитализм, хочу сосредоточиться на главном — успехах Китая в борьбе за ментальное здоровье нации.
Если началось всё с контроля интернета, позволяющего огородить население от (буквально) тлетворного влияния запада, то теперь в Китае и вовсе запретили проводить реалити-шоу по поиску талантов среди женоподобных мужчин, обязали СМИ противостоять «ненормальной эстетике» и начали бороться с «упадочной моралью».
Добавить к этому новые меры по борьбе китайских властей с игровой зависимостью у подростков и стратегический курс Китая на сохранения ментального здоровья нации становится очевиден.
И если посмотреть объективно, то Китай не делает чего-то экстраординарного, он делает то, что обязано делать ЛЮБОЕ национально ориентированное правительство для обеспечения национальной безопасности в стратегической перспективе.
И для меня большой вопрос, почему же Россия на словах позиционирующая оплотом консервативного мира до сих пор не принимает подобных мер.
С одной стороны Президент объявляет о крепкой и здоровой семье как абсолютном приоритете государства, но параллельно с этим государство не предпринимает совершенно никакого противодействия внутри страны деструктивной идеологии ставящей целью институт семьи уничтожить.
Экстремистские ЛГБТ организации чувствуют себя в РФ все вольготнее , а радужные активисты беспрепятственно обрабатывают молодежь посвящая её в свою асоциальную веру, в чем открыто признаются.
Необходимо признать, что закон о запрете ЛГБТ пропаганды среди несовершеннолетних в РФ совершенно не работает и требует ужесточения в части свободной распространении информации об радужной идеологии во всех её проявлениях, иначе все разговоры о приоритете семьи для государства останутся пустыми лозунгами, а консервативный Китай в среднесрочной перспективе получит дополнительные очки морального влияния на приграничных с Россией территориях.
Оставив в стороне инфраструктурные успехи Китая, смелость на международной арене, и успешные попытки взять в узду капитализм, хочу сосредоточиться на главном — успехах Китая в борьбе за ментальное здоровье нации.
Если началось всё с контроля интернета, позволяющего огородить население от (буквально) тлетворного влияния запада, то теперь в Китае и вовсе запретили проводить реалити-шоу по поиску талантов среди женоподобных мужчин, обязали СМИ противостоять «ненормальной эстетике» и начали бороться с «упадочной моралью».
Добавить к этому новые меры по борьбе китайских властей с игровой зависимостью у подростков и стратегический курс Китая на сохранения ментального здоровья нации становится очевиден.
И если посмотреть объективно, то Китай не делает чего-то экстраординарного, он делает то, что обязано делать ЛЮБОЕ национально ориентированное правительство для обеспечения национальной безопасности в стратегической перспективе.
И для меня большой вопрос, почему же Россия на словах позиционирующая оплотом консервативного мира до сих пор не принимает подобных мер.
С одной стороны Президент объявляет о крепкой и здоровой семье как абсолютном приоритете государства, но параллельно с этим государство не предпринимает совершенно никакого противодействия внутри страны деструктивной идеологии ставящей целью институт семьи уничтожить.
Экстремистские ЛГБТ организации чувствуют себя в РФ все вольготнее , а радужные активисты беспрепятственно обрабатывают молодежь посвящая её в свою асоциальную веру, в чем открыто признаются.
Необходимо признать, что закон о запрете ЛГБТ пропаганды среди несовершеннолетних в РФ совершенно не работает и требует ужесточения в части свободной распространении информации об радужной идеологии во всех её проявлениях, иначе все разговоры о приоритете семьи для государства останутся пустыми лозунгами, а консервативный Китай в среднесрочной перспективе получит дополнительные очки морального влияния на приграничных с Россией территориях.