Большой адронный коллайдер остался без российских ученых
📜 Европейская организация по ядерным исследованиям (ЦЕРН) прекратила сотрудничество с учеными из российских и белорусских НИИ с 30 ноября 2024 г. Соответствующее решение было принято еще в декабре прошлого года – спустя 11 месяцев оно вступило в силу.
ЦЕРН является оператором проекта большого адронного коллайдера – крупнейшего ускорителя частиц в истории науки.
📌 Россия имела статус государства-наблюдателя ЦЕРН, но при этом не была страной-участницей центра. Как следствие, Россия не вносила средства в его годовой бюджет и не обладала правом голоса. Однако после распада СССР в проектах ЦЕРН участвовало в общей сложности около 350 российских ученых.
Новые ограничения – следствие того, что единственным критерием эффективности для европейской бюрократии (в том числе научной) является не работоспособность санкций, а принятие всё новых и новых ограничений: это создает видимость того, что что-то делается.
❗️ В итоге под ограничения подпадают и гуманитарные проекты, которые не имеют никакого отношения к крупнейшему за 80 лет конфликту в Европе.
📜 Европейская организация по ядерным исследованиям (ЦЕРН) прекратила сотрудничество с учеными из российских и белорусских НИИ с 30 ноября 2024 г. Соответствующее решение было принято еще в декабре прошлого года – спустя 11 месяцев оно вступило в силу.
ЦЕРН является оператором проекта большого адронного коллайдера – крупнейшего ускорителя частиц в истории науки.
📌 Россия имела статус государства-наблюдателя ЦЕРН, но при этом не была страной-участницей центра. Как следствие, Россия не вносила средства в его годовой бюджет и не обладала правом голоса. Однако после распада СССР в проектах ЦЕРН участвовало в общей сложности около 350 российских ученых.
Новые ограничения – следствие того, что единственным критерием эффективности для европейской бюрократии (в том числе научной) является не работоспособность санкций, а принятие всё новых и новых ограничений: это создает видимость того, что что-то делается.
❗️ В итоге под ограничения подпадают и гуманитарные проекты, которые не имеют никакого отношения к крупнейшему за 80 лет конфликту в Европе.