Поставки на российские ТЭС не компенсируют угольщикам проседание экспорта
⚡️ Кризис в угольной отрасли – одна из самых обсуждаемых тем последних месяцев. По данным Росстата, сальдированный убыток угледобывающих предприятий по итогам 2024 г. составил 113 млрд руб. (против прибыли на 375 млрд руб. годом ранее).
Триггером кризиса стало падение мировых цен: средняя цена на энергоуголь в австралийском Ньюкасле, крупнейшем угольном хабе Азиатско-Тихоокеанского региона, в первом квартале 2025 г. составила $110 за тонну – это почти в четыре раза ниже последнего квартального максимума, зафиксированного в третьем квартале 2022 г. ($413 за тонну).
⬛️ Рынки отыграли шоки предложения 2021-2022 гг., которые были связаны с эмбарго ЕС в отношении России, а также временным запретом на импорт австралийского угля в КНР. Вдобавок, сказывается исчерпание восстановительного роста спроса, который был связан с преодолением последствий пандемии COVID-19. Как следствие, цены возвращаются к многолетней норме.
Головной болью для угольщиков является и введение пошлин на импорт российского угля в КНР, где рост инвестиций в собственную угледобычу происходит на фоне бума возобновляемой энергетики: по данным IRENA, в 2024 г. на долю Китая пришлось свыше 60% глобального ввода ВИЭ.
▶️ Проблем добавляет и рост конкуренции на внутреннем рынке. Согласно Генсхеме развития электроэнергетики, в России в период до 2042 г. будет введено в строй 88,5 ГВт новых электростанций, из них лишь 11,9 ГВт будет приходиться на угольные ТЭС, тогда как свыше половины ввода мощности обеспечат атомные реакторы и газовые ТЭС.
Вдобавок, в случае частичного выхода России из изоляции крупные потребители будут предъявлять дополнительный спрос на ввод ВИЭ, который позволит снизить издержки экспорта углеродоемкой продукции в ЕС, где уже действует механизм CBAM.
™️ Высокое напряжение
⚡️ Кризис в угольной отрасли – одна из самых обсуждаемых тем последних месяцев. По данным Росстата, сальдированный убыток угледобывающих предприятий по итогам 2024 г. составил 113 млрд руб. (против прибыли на 375 млрд руб. годом ранее).
Триггером кризиса стало падение мировых цен: средняя цена на энергоуголь в австралийском Ньюкасле, крупнейшем угольном хабе Азиатско-Тихоокеанского региона, в первом квартале 2025 г. составила $110 за тонну – это почти в четыре раза ниже последнего квартального максимума, зафиксированного в третьем квартале 2022 г. ($413 за тонну).
⬛️ Рынки отыграли шоки предложения 2021-2022 гг., которые были связаны с эмбарго ЕС в отношении России, а также временным запретом на импорт австралийского угля в КНР. Вдобавок, сказывается исчерпание восстановительного роста спроса, который был связан с преодолением последствий пандемии COVID-19. Как следствие, цены возвращаются к многолетней норме.
Головной болью для угольщиков является и введение пошлин на импорт российского угля в КНР, где рост инвестиций в собственную угледобычу происходит на фоне бума возобновляемой энергетики: по данным IRENA, в 2024 г. на долю Китая пришлось свыше 60% глобального ввода ВИЭ.
▶️ Проблем добавляет и рост конкуренции на внутреннем рынке. Согласно Генсхеме развития электроэнергетики, в России в период до 2042 г. будет введено в строй 88,5 ГВт новых электростанций, из них лишь 11,9 ГВт будет приходиться на угольные ТЭС, тогда как свыше половины ввода мощности обеспечат атомные реакторы и газовые ТЭС.
Вдобавок, в случае частичного выхода России из изоляции крупные потребители будут предъявлять дополнительный спрос на ввод ВИЭ, который позволит снизить издержки экспорта углеродоемкой продукции в ЕС, где уже действует механизм CBAM.
™️ Высокое напряжение