ОБ ЭМПАТИИ ПРОСТЫМИ СЛОВАМИ
Однажды мы с детьми ходили в театр. Мне удалось купить места только на задних рядах, и сцена была видна так себе, что, конечно, влияло на удовольствие от спектакля. В перерыве мой сын сказал: «Эх, жаль, что мы не сидим в первом ряду». Почувствовав укол вины, я принялась объяснять ему, что купила билеты, какие смогла. Прервав мои оправдания, сын заметил: «Мам, я всего лишь выразил сожаление. Я не хотел, чтобы ты что-то изменила». В этот момент я почувствовала, что действительно не смогла просто принять переживание, присоединиться к нему и отпустить. Это такой навык, а точнее способ жить, которому я только учусь.
Когда новые клиенты приходят ко мне на терапию, они вообще не понимают, что такое "прожить".
«Да, я поняла, что я в созависимых отношениях. Я чувствую себя ребенком рядом со “взрослым” мужчиной, который “должен” позаботиться обо мне и взять меня на ручки. Но что мне со всем этим делать?»
Я начинаю объяснять, что весь этот комплекс реакций и ожиданий формировался постепенно, с детства, в ответ на какие-то жизненные обстоятельства в семье. И нужно прожить то, что не было прожито раньше. Тогда способ выстраивать отношения изменится.
Клиент с недоумением смотрит на меня: я говорю то, что не укладывается в его картину мира. Потом еще полгода-год клиент меня периодически спрашивает: «А что делать-то?» Пока сам не почувствует, что благодаря проживанию на сессиях своих прошедших драм, воспоминаниям о моментах боли, растерянности, страха, отчаяния у него в душе постепенно становится меньше напряжения.
Одна женщина рассказала мне, что ей трудно пожаловаться мужу. Даже просто сказать: «Я устала». Он немедленно принимает жалобу на свой счет. Что это он что-то не сделал, отчего она страдает. Он злится, оправдывается, нападает. Она ему говорит: «Если мне нужна помощь, я попрошу помощи. Если я разозлюсь, я и об этом сообщу. Сейчас я прошу просто разделить мое состояние».
Это совершенно новый опыт в нашей реальности – разделять чувства, не пытаясь замещать переживание действием. То, что мы называем эмпатией, сопереживанием, сочувствием, наполняет отношения, делая их более проникновенными и близкими.
– Мама, я устала от школы, – сообщает мне дочка. Я удерживаюсь от вопроса «Что же мы будем делать?» и говорю нечто иное: «Ты хочешь, чтобы я тебе посочувствовала или чтобы искала решение?» Выслушав жалобы дочки на скучные уроки, на шум в классе, на непоследовательность учителя, я замечаю, что ей становится легче. Я обнимаю ее, и она расслабляется. Позже мы с удовольствием строим планы на выходные.
Вероника Хлебова
Однажды мы с детьми ходили в театр. Мне удалось купить места только на задних рядах, и сцена была видна так себе, что, конечно, влияло на удовольствие от спектакля. В перерыве мой сын сказал: «Эх, жаль, что мы не сидим в первом ряду». Почувствовав укол вины, я принялась объяснять ему, что купила билеты, какие смогла. Прервав мои оправдания, сын заметил: «Мам, я всего лишь выразил сожаление. Я не хотел, чтобы ты что-то изменила». В этот момент я почувствовала, что действительно не смогла просто принять переживание, присоединиться к нему и отпустить. Это такой навык, а точнее способ жить, которому я только учусь.
Когда новые клиенты приходят ко мне на терапию, они вообще не понимают, что такое "прожить".
«Да, я поняла, что я в созависимых отношениях. Я чувствую себя ребенком рядом со “взрослым” мужчиной, который “должен” позаботиться обо мне и взять меня на ручки. Но что мне со всем этим делать?»
Я начинаю объяснять, что весь этот комплекс реакций и ожиданий формировался постепенно, с детства, в ответ на какие-то жизненные обстоятельства в семье. И нужно прожить то, что не было прожито раньше. Тогда способ выстраивать отношения изменится.
Клиент с недоумением смотрит на меня: я говорю то, что не укладывается в его картину мира. Потом еще полгода-год клиент меня периодически спрашивает: «А что делать-то?» Пока сам не почувствует, что благодаря проживанию на сессиях своих прошедших драм, воспоминаниям о моментах боли, растерянности, страха, отчаяния у него в душе постепенно становится меньше напряжения.
Одна женщина рассказала мне, что ей трудно пожаловаться мужу. Даже просто сказать: «Я устала». Он немедленно принимает жалобу на свой счет. Что это он что-то не сделал, отчего она страдает. Он злится, оправдывается, нападает. Она ему говорит: «Если мне нужна помощь, я попрошу помощи. Если я разозлюсь, я и об этом сообщу. Сейчас я прошу просто разделить мое состояние».
Это совершенно новый опыт в нашей реальности – разделять чувства, не пытаясь замещать переживание действием. То, что мы называем эмпатией, сопереживанием, сочувствием, наполняет отношения, делая их более проникновенными и близкими.
– Мама, я устала от школы, – сообщает мне дочка. Я удерживаюсь от вопроса «Что же мы будем делать?» и говорю нечто иное: «Ты хочешь, чтобы я тебе посочувствовала или чтобы искала решение?» Выслушав жалобы дочки на скучные уроки, на шум в классе, на непоследовательность учителя, я замечаю, что ей становится легче. Я обнимаю ее, и она расслабляется. Позже мы с удовольствием строим планы на выходные.
Вероника Хлебова