Репост из: Пятилетка
Наши аграрии говорят о перспективе рекордного урожая в текущем году, однако не факт, что они смогут его вовремя убрать. Такой вот имеем парадокс нынешнего времени.
И причина тут не в погоде и не в уборочной технике, а в дефиците дизельного топлива.
Пока отечественные чиновники традиционно бодро рапортуют о перспективах хорошего урожая, аграрии по всей стране ищут топливо и прогнозируют потери от 30 до 40% урожая.
Так, в Челябинской области фермеры просят власти выделить гарантированные лимиты, потому что вместо работы на полях им приходится мотаться по АЗС.
В Сибири агрохозяйства закупают горючее позже южных регионов страны, поэтому после вражеских ударов по Омскому НПЗ рассчитывать на стабильные поставки им становится всё труднее.
В Якутии вместо реального обеспечения хозяйства получили мизерную квоту, которой практически ни на что не хватает.
Аграрии Свердловской области жалуются на нехватку топлива и утрату, в связи с этим, не менее 20% посевов.
В Ростовской области предупреждают, что могут потерять до 15% урожая.
И, что характерно, искать выход наши власти решили не в увеличении поставок топлива, а в снижении требований к нему.
Так, Минсельхоз предлагает регионам оценить возможность использования печного топлива и старых сортов дизеля с высоким содержанием серы.
Однако, современная импортная техника от такого топлива может просто встать. Надежда в соответствующем плане может быть только на старые отечественные трактора.
В любом случае, экономия на солярке однозначно превращается в очень затратный ремонт двигателя. Причем, сами сельхозпроизводители это прекрасно понимают.
Вместе с тем, проблема уже давно вышла за пределы непосредственно сельского хозяйства.
Из-за перебоев с топливом и сложностей с логистикой аналитики снизили прогноз экспорта российского зерна сразу на 13–20%, а мировые цены на пшеницу начали расти.
К тому же порты в Азове, Ростове-на-Дону и Таганроге остановили приемку зерна.
И теперь, вместо того, чтобы готовиться к обсуждению рекордов нынешнего урожая, стране приходится думать, хватит ли дизеля, чтобы этот урожай вообще доехал сначала до элеватора, а потом — до покупателя.
То есть, локальный топливный кризис постепенно превращается в проблему продовольственного рынка.
Как отмечается, ситуацию можно было бы выправить в течение месяца-полутора в случае, если бы прекратились вражеские удары по НПЗ. Но, это, скорее, из области фантастики, по крайней мере, пока продолжается СВО.
И причина тут не в погоде и не в уборочной технике, а в дефиците дизельного топлива.
Пока отечественные чиновники традиционно бодро рапортуют о перспективах хорошего урожая, аграрии по всей стране ищут топливо и прогнозируют потери от 30 до 40% урожая.
Так, в Челябинской области фермеры просят власти выделить гарантированные лимиты, потому что вместо работы на полях им приходится мотаться по АЗС.
В Сибири агрохозяйства закупают горючее позже южных регионов страны, поэтому после вражеских ударов по Омскому НПЗ рассчитывать на стабильные поставки им становится всё труднее.
В Якутии вместо реального обеспечения хозяйства получили мизерную квоту, которой практически ни на что не хватает.
Аграрии Свердловской области жалуются на нехватку топлива и утрату, в связи с этим, не менее 20% посевов.
В Ростовской области предупреждают, что могут потерять до 15% урожая.
И, что характерно, искать выход наши власти решили не в увеличении поставок топлива, а в снижении требований к нему.
Так, Минсельхоз предлагает регионам оценить возможность использования печного топлива и старых сортов дизеля с высоким содержанием серы.
Однако, современная импортная техника от такого топлива может просто встать. Надежда в соответствующем плане может быть только на старые отечественные трактора.
В любом случае, экономия на солярке однозначно превращается в очень затратный ремонт двигателя. Причем, сами сельхозпроизводители это прекрасно понимают.
Вместе с тем, проблема уже давно вышла за пределы непосредственно сельского хозяйства.
Из-за перебоев с топливом и сложностей с логистикой аналитики снизили прогноз экспорта российского зерна сразу на 13–20%, а мировые цены на пшеницу начали расти.
К тому же порты в Азове, Ростове-на-Дону и Таганроге остановили приемку зерна.
И теперь, вместо того, чтобы готовиться к обсуждению рекордов нынешнего урожая, стране приходится думать, хватит ли дизеля, чтобы этот урожай вообще доехал сначала до элеватора, а потом — до покупателя.
То есть, локальный топливный кризис постепенно превращается в проблему продовольственного рынка.
Как отмечается, ситуацию можно было бы выправить в течение месяца-полутора в случае, если бы прекратились вражеские удары по НПЗ. Но, это, скорее, из области фантастики, по крайней мере, пока продолжается СВО.