Первым, что Риса увидела открыв шкатулку, был аккуратно сложенный пополам лист бумаги.

Дорогая Риса!

Я бы очень хотел поздравить тебя лично, но не нашел смелости явиться на порог твоего дома.
Я не был тебе отцом, и пропустил все важные моменты твоей жизни. Увидев тебя в том переулке, я думал, что схожу с ума. Ты так похожа на маму. Такая же красивая и смелая. Я никогда не прощу сябя за то, что в порыве обиды и глупой злости покинул дом, в котором вскоре появились вы с Рейном. Надеюсь ваша мама, на смертном одре, прокляла меня на адские муки, потому что ничего лучшего я не заслуживаю. Обретя сына, я был шокирован. Рейн словно продолжение меня самого. Мрачный, холодный. Но ты... Ты чудо! Как огненный цветок в ночи. Я никогда даже не мечтал иметь такую сильную и прекрасную дочь.
Много лет я думал, что моё сердце засохло и поросло паутиной, но встреча с тобой вселила в меня ростки надежды.
Я знаю, что бесконечно виноват перед тобой, и совершенно тебе не нужен, но дочка, если однажды ты почувствуешь, что для нас еще есть шанс, прошу дай мне знать.
Прошу, прими мой скромный подарок. Это украшение, пренадлежало твоей маме. Все эти годы, я хранил его как память о тех днях, когда я верил в любовь.
Теперь, узнав, что у меня есть дети, я кажется снова верю.
С днем рождения, Риса!

Т.

Дрожащими руками, Риса отложила письмо и достала подарок - маленькую брошку в виде свернувшейся клубком лисы - фамильяра её матери. Украшение потемнело от времени, как и шкатулка, в которой оно хранилось. Кажется кто-то смел паутину не только с сердца. Риса улыбнулась, прикрепляя брошку к платью.