Про резонансный пост Медведева
Сейчас конечно скажут что это был взлом и происки врагов, но я не верю. Стиль текста очень похож, позиция – тоже. Думаю было так:
Усталый ДимАнатольевич смог наконец отдохнуть после долгого рабочего дня с бутылочкой хорошего виски и смартфоном в руках. Личный менеджер-редактор уже уехала домой отдыхать с семьёй, охрана стояла на своём месте, водитель дремал в гостевом домике. Спокойствие и тишина.
И вот, открыв ленту и читая убогие оправдания наших дипломатов, новости из паблика "Многонационал" и ленту фейсбука с бывшими друзьями-пораженцами, в нём вскипела злоба.
Пост писался на эмоциях, быстро, с небольшими ошибками – он привык начитывать их аудиосообщениями редактору, но сейчас он хотел писать всё сам. Отправить. Отправить. Отправить...
Через десять минут его телефон уже надрывался от звонков. Редактор, решившая что произошёл взлом, тёрла посты, а в окнах одного из управлений на Старой Площади загорался свет.
Медведев сидел в кресле и улыбался. Как же он их ненавидел – всех тех ублюдков и выродков, что всеми силами мешают России сбросить путы и восстать из пепла.
Но он не успокоится, пока они не исчезнут.
Сейчас конечно скажут что это был взлом и происки врагов, но я не верю. Стиль текста очень похож, позиция – тоже. Думаю было так:
Усталый ДимАнатольевич смог наконец отдохнуть после долгого рабочего дня с бутылочкой хорошего виски и смартфоном в руках. Личный менеджер-редактор уже уехала домой отдыхать с семьёй, охрана стояла на своём месте, водитель дремал в гостевом домике. Спокойствие и тишина.
И вот, открыв ленту и читая убогие оправдания наших дипломатов, новости из паблика "Многонационал" и ленту фейсбука с бывшими друзьями-пораженцами, в нём вскипела злоба.
Пост писался на эмоциях, быстро, с небольшими ошибками – он привык начитывать их аудиосообщениями редактору, но сейчас он хотел писать всё сам. Отправить. Отправить. Отправить...
Через десять минут его телефон уже надрывался от звонков. Редактор, решившая что произошёл взлом, тёрла посты, а в окнах одного из управлений на Старой Площади загорался свет.
Медведев сидел в кресле и улыбался. Как же он их ненавидел – всех тех ублюдков и выродков, что всеми силами мешают России сбросить путы и восстать из пепла.
Но он не успокоится, пока они не исчезнут.